— Кто убил других двух моих ребят? — спросил Сергей.

— Одного — первый из Невозрожденных. Маша… Других тогда еще не было… Возможно, что именно вы стали катализатором, ускорившим их появление. Обнаружив, что кто-то стал вторгаться в ее владения, она решила создать свое потомство, чтобы большим числом дать отпор незваным гостям, то есть вам. А ее генетическая память, доставшаяся ей от ее Отца, подсказала, как создать свое дитя, используя человека.

Возрожденные пытались вступить с вами в контакт. Конкретно — с тобой, Сергей, поняв, что ты — командир и лидер. Во время очередной вашей вылазки под воду один из них пытался ранить кого-нибудь из твоих бойцов. Но так получилось, что в схватке один из них погиб… У Возрожденного не было выбора, иначе застрелили бы его. Тогда он откусил ногу Павлу, и позволил другим поднять его на поверхность. Дело было сделано — Павел потерял ногу, и эта потеря распахнула его душу для того, чтобы в нее мог проникнуть его Отец.

Он все время был рядом с базой, ища в ней тебя, а когда нашел — понял, что Возрожденные допустили ошибку, пытаясь войти в контакт с тобой. Ты собирался застрелить еще даже не прошедшего Возрождение Павла… Для тебя он был лишь чудовищем, даже когда его Отец, используя его тело, попытался поговорить с тобой, используя доступные ему знания. Он хотел доказать тебе разумность Павла…

— И доказал! — Сергей невесело усмехнулся, — Когда он попытался пробурчать гимн СССР, я подумал, что надо мной откровенно издеваются. Я еще долго жалел, что не пристрелил его тогда… Как он сбежал? Мы всей базой гадали, как можно так изогнуть себе шею, чтобы перегрызть ремни?

— За ним пришел Отец.

Сергей кивнул. Еще одна часть головоломки встала на свое место.

— После этого Возрожденные отказались от попыток поговорить с людьми, — продолжала Геля, — Они лишь присматривались к вам, изучали ваши возможности и способности. И, в то же время, пытались понять, что вам известно о них.

В то же время, в начале этой зимы, настоящей проблемой стали Невозрожденные. Их количество превысило десяток, и Возрожденные потеряли им счет. Они больше не могли отслеживать все их передвижения по морю и вне его, даже используя телепатию. И тогда было решено вновь попытаться поговорить с ними, но уже не чтобы примириться и жить вместе, сообща, а чтобы приструнить не в меру активных детей.

— Естественно, из этого ничего не получилось…

— Естественно… Возрожденные поставили им ультиматум. Велели убираться прочь из Обского моря, или научиться жить с ними, принять правила их жизни, их кодекс чести и их законы. В противном случае… В противном случае Возрожденные грозили уничтожить их, но это было чистой воды блефом. Они не смогли бы убить собственных детей, даже таких…

Естественно, ультиматум был отвергнут. С этого и началась война… Нет, не война, а взаимные угрозы и различные пакости. До драки дело так ни разу и не дошло — даже имея соотношение сил четверо против одного Невозрожденные боялись напасть. А стоило коснуться их разума, как они убегали прочь, боясь этой силы больше, чем силы клыков и когтей.

Они приняли по крайней мере одно правило из все — буранники не убивают буранника. Хотя не нарушили они его, пожалуй, не из чести, а из страха… А примерно неделю назад война была объявлена официально, и превратилась в игру. В шахматную партию…

Когда-то в детстве я видела фильм в котором к трехтысячному с гаком году цивилизация достигла таких высот, что одно государство могло стереть другое с лица Земли за доли секунды. Казалось бы, при таком соотношении сил войны должны были бы быть искоренены, но они лишь перешли в новую фазу. Вместо того, чтобы посылать на смерть миллионы солдат или выпускать сотни ядерных ракет друг против друга, враждующие государства играли в игру. В ней на специальном поле сходились в бою два гигантских робота, и государство, робот которого побеждал, считалось победившим и в войне.

Бой проходил строго по правилам и исключал всякие жертвы, кроме, конечно, разваливающихся на части роботов… Но на деле бой выигрывался еще до того, как роботы сходились в поединке. Разведка выясняла, что робот противника будет иметь такое-то слабое место, и все вооружение их бойца подбиралось именно так, чтобы поразить это самое слабое место. Или же, допустим, становилось известно, что робот-противник будет оснащен новейшим сверхмощным лазером, и именно на него враги возлагают большие надежды. И при подготовке своего робота конструкторы строили его так, чтобы этот лазер не мог причинить ему вреда.

Что-то подобное предложили и Возрожденные. Каждая сторона выставит на бой своего бойца. Своего Сражающегося, как это звучит на их языке. Это должен быть новый боец, только что, за несколько дней до боя, созданный из человека.

Ставка в игре — проигравший уходит с Обского моря. Если Возрожденные проиграют — они должны будут уйти, а они уверены в том, что это неминуемая смерть.

— Они могут жить только в пресной воде? — спросил Сергей, — Если так, то почему бы им не обосноваться в каком-нибудь другом озере или реке?

— Дело не в этом. Дело в Порождающем, в которое они погружаются на всю зиму. Из Порождающего они черпают свою силу, и если его не станет — Возрожденным придет конец.

— Значит, тот, вид, что проиграет — будет уничтожен?

— Вероятнее всего так, но они не уверены в этом. Вероятнее всего ни те, ни другие не смогут жить без Порождающего… Вот неизвестно, понимают ли это Невозрожденные. Мне кажется, что нет.

— Значит буранники не убивают буранников… — смакуя слова произнес Сергей, — А что же это, как не убийство?