Удивительное дело — когда Тарас вошёл в кусты (он двинул в обход, отклоняясь от нашего маршрута), ветки медленно и плавно раздались, пропуская плотную Костикову фигуру, потом так же плавно сошлись, не издав ни звука. Ловко!

Мы с Вандемейером приблизились к границе зарослей и остановились. Несколько раз я замечал, как что-то смещается в тени под деревьями, окружающими поляну. Потом Костик, не скрываясь, вышел на середину открытого пространства и окликнул нас.

Полянка оказалась интересная — здесь разрозненные косточки и фрагменты скелетов валялись едва ли не сплошным ковром, попадались и свежие, с багровыми лохмотьями гниющего мяса, Костик склонился над человеком в центре поляны, а на полпути между Костиком и нами валялась, неестественно выгнув спину, слепая собака — наверняка дохлая. Но свежая, не тронутая ничьими зубами.

— Слипый, профэсор, йдить сюды. Дывиться. Костик отступил на шаг и больше не глядел на тело — ощупывал взглядом заросли. Ствол АКМ в его руках плавно ходил из стороны в сторону.

Мы с Дитрихом склонились над лежащим. Демьян. Беглец был жив, но в бессознательном состоянии — и раздет, ни снаряжения, ни оружия, только рубаха да брюки — то и другое изодрано в лохмотья, залито кровью. Сталкера жестоко искусали псы, но потом их, похоже, кто-то спугнул. И этот кто-то прикончил одну собаку — остальные разбежались. Не похоже на слепых псов, эти твари настолько тупы, что не бросают кровавую добычу, разве что противник очень уж страшный. Кто ж их прогнал?

— Дитрих, что с ним?

— Жив. Странно. Этот человек словно в каком-то трансе. В ступоре.

Демьян не издавал ни звука, раны на нем оказались неглубокие, кровь уже почти не текла, взгляд был застывший, бессмысленный. Однако это не было похоже на потерю сознания, глаза не закатились, а вот руки одеревенели, как будто сведены судорогой, вытянуты перед грудью.

— Болевой шок?

— Н-нет… — Голос ученого звучал неуверенно. — Не думаю. А ведь он не сопротивлялся, когда его рвали собаки. У того пса сломан хребет и раздавлена гортань. Нет ран, нанесенных оружием. И оружия нет.

— Вообще ничего нет, — я поднялся, — пропал наш хабар… Вандемейер, пожалуйста, займитесь раненым. Возможно, он придет в себя и что-то нам…

— Слипый, там якась людынка була.

— Какая ещё «людынка»?

— Чоловик, нибы… Здоровый такий, сутулый. Пройшов за кущамы, а потим знык.

— Где?!

Я вскинул «Гадюку» и тут увидел, как колышется, идет мелкими волнами воздух. Как известно, дальтоники путают цвета, зато лучше различают оттенки, поэтому кровосос для меня не совсем невидим, даже когда переходит в режим «стелс». Я уже видел, как он приближается, раскачиваясь из стороны в сторону, — готовится к последнему рывку.

— Когда увидишь его, бей в голову! — крикнул я. — Только в голову!

И дал очередь, почти не целясь. Я попал не совсем удачно, несколько пуль легли поперек широченной груди кровососа, это не могло его остановить, зато тварь выдала себя — от боли монстр потерял контроль над функцией невидимости и с воем ринулся на меня, на бегу разводя длинные когтистые лапы. Я выстрелил — но в этот раз промазал, Костик локтем отпихнул меня в сторону, я свалился, подо мной хрустнули сухие косточки… Короткая очередь АКМ… Из груди кровососа выплеснулись тёмные фонтанчики.

— В голову его! — заорал я, выпуская очередь едва ли не наугад. — В голову!

И снова я не совладал с эмоциями — сдуру выпустил весь магазин. Кровососа я задел, но пули угодили в корпус, не в башку.

Костик отпрянул, пригибаясь, над его головой промелькнула длинная ручища кровососа, отлетел Вандемейер, так и не успевший выхватить пистолет. Кровосос навис надо мной, склонился — широченный, страшный, глазки горят красным, щупальца в стороны…

Ещё одна очередь — свод черепа твари разлетелся багровыми осколками, я едва успел откатиться в сторону, и кровосос свалился, придавив мою ногу.

Я выполз из-под тела и первым делом перезарядил автомат. Только потом поднялся.

— Що це було?

Костик, похоже, не слишком переволновался. Он встал над неподвижной тушей и разглядывал монстра. Кровосос — интересное создание, на него поглядеть любопытно… если он уже не в состоянии причинить вам вред. Когда он стоит, то сильно сутулится, у него непропорционально длинные руки с мощными когтями, но лёжа стразу становится похож на атлетически сложенного человека — широченные плечи, узкие бёдра. Кое-где жесткая коричневая шкура покрыта черными морщинистыми наслоениями — регенерировавшие ткани, не успевшие отшелушиться.

— Кровососа, Костик, нужно бить только в голову, иначе не остановить.

— Так це той кровосос… — разочарованно протянул наш терминатор. — А я стилькы чув про нього, що це така бестия, така бестия…

Костик пошевелил ботинком коричневое тело.

— А чого тильки в голову?

— Демьян умер, — сообщил Вандемейер. Потом присоединился к нам и тоже поглядел на мёртвого мутанта. — Этот блютзаугер… э… вампир, кровосос. Он поглощает жидкости тела добычи…