– Да, это взаимное соглашение.

Новая дорога была похуже прежней, и из растрескавшейся почвы изредка пробивались островки травы. Они проехали мимо нескольких ферм и жилищ, а потом дома вдоль дороги стали так тесниться друг к другу, что превратились в каменную стену. Из многих крыш поднимались вверх колечки дыма, которые, сливаясь вместе, образовывали над улицей низкий туман.

После жилого квартала повозка въехала в торговый район. Пабы, трактиры, конюшни, три гостиницы, лавка портного, магазин тканей, гончарная мастерская и множество других заведений и магазинов промелькнули перед глазами Моркасла, пока фаэтон не въехал в центр города.

Теперь рокот реки стал близким и шумным, потому что фаэтон переезжал через один из высоких мостов. На другой стороне реки путников встретило массивное круглое здание, чьи каменные стены окружали мраморные колонны, увенчанные ангелами, поддерживающими тяжелую крышу, которая, казалось, сливаясь с небом, была его продолжением и частью.

– Что это такое? – указывая на здание, воскликнул Моркасл, чтобы голос не потонул в реве воды.

– Это Дворец Совета, – торжественно объяснил Л'Арис.

– Больше напоминает крепость, чем дворец, – заметил Моркасл.

– Так и есть, – отозвался юрист. – Еще до того, как здесь появилась деревня, здание охраняло мост через реку, вокруг него возникла деревня ремесленников, потом в степи появились фермы, была создана библиотека, школа и…, конечно, ваш Карнавал.

Фаэтон застучал по мощеной мостовой, лошади радостно рванули к знакомому зданию. В конце дороги в ночи высилась громада Дворца Совета.

– Помните: первое – это разбирательство, – сказал Л'Арис. – Расскажете Совету все, что вы рассказали мне. Если понадобится, то я добавлю юридических терминов. Будьте готовы к выступлению, как только мы зайдем внутрь. Доминик уже там.

Здание оказалось действительно огромным не только издалека, но и вблизи. Снаружи его окружало семь внешних стен, где на каждом углу тускло мерцали факелы и фонари, между некоторыми из них были вырыты рвы. Мосты и арки вели во внутренние залы.

Внутри своды поддерживало кольцо массивных гранитных колонн, окруженных галереями и анфиладами покоев. Главный зал Дворца был разлинован полукругами рядов скамеек, против которых было установлено два стола со стульями с высокими дубовыми спинками, а позади стена была изрыта двадцатью с лишним черными пустыми нишами.

Моркасл ввел Марию во Дворец, держа ее за дрожащую руку.

– Я чувствую, какой это огромный зал, – прошептала Мария. – Огромный и сырой.

Двигаясь вдоль анфилады арок, Моркасл сжал пальцы слепой.

– Все нормально, заходим внутрь.

– Что ты видишь? – спросила она, вступая через массивные дубовые двери в зал. Ее жесткие кожаные туфли напряженно застучали по каменному полу.

– Немногое, – шепотом отозвался фокусник. – Довольно темно. Он огляделся по сторонам. – Зал с большими колоннами и светильниками. Есть скамейки и два стола.

Тут фокусник почувствовал прикосновение руки Л'Ариса к своему плечу, тот указал ему на помост.

– Идите, пожалуйста, вперед, мы опаздываем.

Моркасл вступил в проход между скамейками, ведя за собой Марию.

В дальнем конце зала глаз фокусника рассмотрел две фрески, украшенные по бокам фонарями. На левой – человек выходил из тюремной камеры навстречу радостному утреннему солнцу. На второй он же, преображенный, парил над толпой восторженных крестьян. Руки его были раскинуты, а от всей фигуры исходило свечение силы, изливающееся на толпу внизу.

– Красиво, – прошептал Моркасл. Л'Арис снова тронул его за плечо, чтобы тот не останавливался.

– Пошли. Они ждут нас.

– Кто они? – спросил Моркасл, который не мог оторвать глаз от фрески.

– Они, – лаконично ответил юрист, указывая в дальний конец зала.

Там среди леса дубовых стульев сидел мясник Доминик. Рядом с ним стоял суровый человек крепкого сложения. На нем был шелковый плащ, рубашка, шерстяной камзол и брюки в полоску. Рядом с ним одежда молодого юриста выглядела тряпьем крестьянина.

– Я уж думал, что вас съели волки, – сказал он. Глухой голос отдавался во всех уголках зала. – А может, ваши свидетели решили отказаться от своего обвинения?

– Вы всегда надеетесь на самое лучшее, не так ли, Брюсин? – спросил весело Л'Арис. – Только так вам удается выигрывать дела в суде? – Говоря это, он указал Моркаслу и Марии на высокие стулья напротив Доминика, а потом добавил с преувеличенной любезностью:

– Простите нашу задержку. Один из свидетелей был ранен вашим подопечным.