– Как ты себя чувствуешь?

– Прекрасно! – Надо же, как легко она соврала. Все-таки она трусиха и эгоистка.

– Голос у тебя какой-то убитый, – встревожился вдруг Бентон. – В том, что случилось с Джонни, твоей вины нет.

– Но я устранилась. Палец о палец не ударила, чтобы что-то выяснить.

– Почему бы тебе не навестить нас? Приедет Кей. На недельку. Мы будем рады тебя видеть. У нас будет время поговорить.

Бентон говорил сейчас как психолог.

– Я не хочу ее видеть. Она все поймет.

– Люси, ты не должна с ней так обходиться.

– Я никого не хочу обижать! – Люси вспомнила Стиви.

– Тогда скажи ей правду. Это же так просто.

– Зачем ты позвонил? – резко сменила тему Люси.

– Мне нужна твоя помощь. Я говорю по защищенной линии.

– Я тоже, разве что кто-то рядом перехватывает. Давай выкладывай.

И Бентон рассказал об убийстве в рождественской лавке к Лас-Оласе. Возможно, оно произошло два с половиной года назад. Он пересказал все, что узнал от Бэзила Дженрета, добавив, что Скарпетта о таком убийстве не слышала. Правда, тогда она еще не работала во Флориде.

– Информация получена от психопата, – добавил Бентон. – И я не слишком ей доверяю.

– Он выколол глаза этой женшине?

– Он не сказал. А я решил не задавать слишком много вопросов, пока не выясню, насколько правдива эта история. Ты можешь задействовать свою поисковую систему?

– Начну искать прямо в самолете.

Часы над книжным шкафом показывали половину первого. Адвокат паренька, подозреваемого в убийстве своего брата-младенца, погрузился в бумаги, разложенные на столе Кей.

Дейв, молодой стройный брюнет, относился к тому типу мужчин, которым неправильные черты лица придают особую привлекательность. Адвокат славился своим красноречием на судебных процессах, и всякий раз, когда он появлялся в академии, секретарши и студентки как бы невзначай оказывсшись у кабинета Скарпетты. Исключение составляла Роза. Она уже пятнадцать лет работяща у Скарпетты секретарем, давно достигла пенсионного возраста и была совершенно равнодушна к любым мужским чарам, кроме тех, которыми обладад Марино. Это был единственный мужчина, с кем она охотно флиртовала, и поэтому для выяснения его местонахождения Скарпетта обратилась именно к ней. Марино должен был присутствовать на этой встрече.

– Я звонила ему вчера вечером, – сообщила Скарпетта Розе по телефону. – И не один раз.

– Я постараюсь его найти, – ответила Роза. – В последнее время он ведет себя довольно странно.

– И не только в последнее время.

Водрузив на нос очки в роговой оправе, Дейв изучат протокол вскрытия.

– Просто в последний месяц это усугубилось. Подозреваю, здесь не обошлось без женщины.

– Постарайся его разыскать.

Скарпетта повесила трубку и выжидающе посмотрела на Дейва. Случай был сложный, но заплаченные деньги давали ему право получать ответы на любые каверзные вопросы. В огличис от полиции, тоже прибегавшей к услугам научных сотрудников и медэкспертов академии, адвокаты обычно платили последними. И часто выходило так, что самые платежеспособные представляли интересы самых закоренелых преступников.

– Марино не будет? – спросил Дейв.

– Мы пытаемся его найти.

– У меня через час дача показаний, – предупредил он, переворачивая страницу. – Я думаю, в итоге окажется, что это был просто ушиб, и ничего больше.

– Я не рискну утверждать это в суде, – ответила Скарпетта, глядя на протокол вскрытия. Производила его не она. – Хотя внутричерепная гематома и может быть вызвана ударом. Но в данном случае предполагаемое падение с дивана на пол маловероятно. Скорее гематома явилась следствием резких сотрясений, которые привели к смешениям в полости черепа, внутричерепному кровотечению и повреждению спинного мозга.

– Но разве мы не пришли к соглашению, что кровоизлияния в сетчатке глаза могут быть также результатом травмы при ударе головой о плитки пола?

– Но не при таком падении. Гораздо вероятнее, что подобные повреждения возникли при резких сотрясениях головы во фронтапьной плоскости.

– Вы не очень-то помогаете мне, Кей.

– Если вы не заинтересованы в объективном мнении, обратитесь к другому эксперту.

– Других просто не существует. Вы вне конкуренции, – улыбнулся Дейв. – А как насчет дефицита витамина К?

– Белковый дефицит витамина К должен определяться в пробе крови, взятой непосредственно перед смертью, – ответила Скарпетта.

– Проблема в том, что у нас такой крови нет. Он умер еще до того, как его привезли в больницу.

– Тогда это действительно проблема.

– То, что ребенка трясли, доказать невозможно. Это совершенно неправдоподобная версия. Скажите в суде хотя бы это!

– Зато достаточно ясно, что оставлять четырнадцатилетнего оболтуса приглядывать за новорожденным братом нельзя. Особенно после того, как он дважды привлекался к суду по делам несовершеннолетних за нападение на других детей и печально известен своим буйным нравом.