Все кончено.

Демону удалось сократить расстояние до нуля, даже коснуться волос этой суки, но в последнюю секунду Мэри вырвалась. А когда он попытался вновь настигнуть ее, ноги Эллен подогнулись, в теле что-то, затрещав, лопнуло, и Эллен повалилась на спину. Демон застонал от боли и ненависти.

Ведь счастье было так близко!

Но тут он увидел в небе темную тень, закрывающую звезды, и в нем вновь затеплилась надежда.

Мысль о волке он отбросил: волк слишком далеко, да и не надо думать, будто волк — единственный кан тои, который может послужить сосудом для Тэка, пусть и на короткое время. Сойдут и другие.

— Ми хим, — натужно прошептал демон. — Кан де лаш, ми хим, мин ен тоу. Тэк!

Иди ко мне, иди к Тэку, иди к древнему, иди к сердцу бестелого.

Иди ко мне, тело!

Демон поднял руки умирающей Эллен, и золотистый орел спланировал в ее объятия, вперившись немигающими глазами в умирающее лицо Тэка.

— Не смотри на тела, — предупредил Джонни, откатывая прицеп от вездехода. Дэвид ему помогал.

— Не смотрю, — заверил его Дэвид. — Я уже на всю жизнь насмотрелся на тела.

Откатив прицеп достаточно далеко, Джонни двинулся к водительской дверце вездехода, но обо что-то споткнулся. Дэвид схватил его за руку, хотя Джонни падать не собирался.

— Осторожнее, дедуля.

— А ты остер на язык, парень.

Споткнулся Джонни об молоток. Поднял его, хотел бросить на верстак, но передумал и засунул обтянутую резиновым чехлом рукоятку за ремень джинсов. Они собрали столько крови и грязи, что очень даже смотрелись в паре с молотком.

Пульт управления Джонни обнаружил справа от ворот. Он нажал синюю кнопку, маркированную надписью «ВЕРХ», и приготовился столкнуться с очередной проблемой, но ворота плавно заскользили по направляющим. В лабораторию ворвался свежий воздух. Дэвид вдохнул его полной грудью, посмотрел на Джонни и улыбнулся.

— Хорошо.

— Ты прав. Залезай в кабину. Пора в путь.

Дэвид забрался на пассажирское сиденье вездехода, похожего на увеличенную тележку для гольфа. Джонни повернул ключ зажигания. Двигатель завелся с пол-оборота. Выезжая из ворот, Джонни подумал, что на самом деле ничего этого нет. Это лишь идея его нового романа. Фантастического романа, пожалуй, даже триллера. Совсем не в стиле Джона Эдуарда Маринвилла. Романа, не имеющего отношения к серьезной литературе, ну и что с того? Почему нет, может же он написать несерьезный роман, у него наверняка получится. А уж читатели найдутся: подростки, новобранцы. Они встретят его роман с восторгом.

Нет, нет, в реальной жизни такого быть не может. В реальной жизни он вместе с сыном собрался на прогулку в автомобиле с откидным верхом. Они заедут в кафе, съедят по порции мороженого, и он расскажет мальчику несколько военных историй, надеясь, что парень не слишком заскучает. В наши дни дети не любят историй, начинающихся словами: «Когда я был молодым», — он это знал, но ведь надо делиться с сыном своим жизненным опытом…

— Джонни? Вам нехорошо?

Тут он понял, что, выехав из ворот, остановил вездеход, а теперь сидит, переведя рукоятку переключения передач в нейтральное положение.

— Что? Нет-нет, все в порядке.

— А о чем вы задумались?

— О детях. Ты первый ребенок, с которым мне довелось общаться после… Господи, после того, как мой младший отправился учиться в университет Дьюка. Ты отличный парень, Дэвид. Немного зациклился на Боге, но в остальном претензий к тебе нет.

Дэвид улыбнулся:

— Благодарю.

Джонни развернул вездеход, включил первую передачу и двинулся в сторону Главной улицы. Флюгер-гном, что украшал крышу «Пивной пены», они обнаружили на земле, а вот грузовик Стива пропал.

— Если они сделали все именно так, как ты хотел, то сейчас должны ехать сюда, — заметил Джонни.

— Найдя Мэри, они должны дожидаться нас, — возразил Дэвид.

— Ты думаешь, они ее найдут?

— Я в этом уверен. Мэри в полном порядке. Хотя и прошла по лезвию бритвы. — Дэвид посмотрел на Джонни и улыбнулся во весь рот. Джонни подумал, что у мальчика очаровательная улыбка. — И для вас все закончится хорошо. Может, вы еще об этом напишете.

— Я обычно пишу о том, что случается со мной. Добавляю подробностей, и все получается как надо. Но об этом… не знаю.

Они миновали «Американский Запад». Джонни подумал об Одри Уайлер, лежащей под обломками балкона. О том, что от нее осталось.

— Дэвид, в истории Одри была хоть капля правды? Ты не знаешь?

— Там почти все правда. — Дэвид долго смотрел на кинотеатр, даже обернулся, когда он остался позади. Лицо его погрустнело. — Одри — хороший человек. Просто она попала в лавину или селевой поток, в общем, стала жертвой стихийного бедствия.

— Воля Божья.

— Именно так.

— Нашего Бога. Твоего и моего.