Я рассмеялся – между постройкой Святой Софии и возведением нью-йоркских небоскребов в мире произошло довольно всякого. Преимущественно – в Европе.

– А твоя семья прибыла в Америку на «Мейфлауэре»?

Спросил без сарказма – мне действительно было интересно. Дженни как-то редко вспоминала о своей родословной. Больше рассказывала о достижениях отца, который выстроил свой бизнес сам, не имея богатых родственников.

– Нет, но наш род живет там давно. Я даже не знаю, кто из предков приехал в Америку и в каком году. Мы словно всегда там жили. Хотя я не индианка, конечно.

– Это заметно, – улыбнулся я.

Над горизонтом показалось солнце. В его свете мы увидели полоску берега – Фракия или Малая Азия? Город с такого расстояния не различался.

– Через десять минут мы совершим посадку в аэропорту Константинополя, – сообщила стюардесса. – Обратный вылет самолета запланирован на четырнадцать часов по московскому времени. Те, кто опоздает на рейс, будут вынуждены добираться домой своим ходом.

– Сурово, – прокомментировала объявление Дженни.

У меня заболела голова – самолет начал резко терять высоту.

Огромный автобус «Мерседес» стального цвета ожидал нас в аэропорту. Точнее, автобусов было два – но нам достался этот. Вторая группа уехала на не такой большой, но достаточно вместительной «Кубани» чуть раньше.

На летном поле было тепло и пахло морем – несмотря на то, что солнце едва поднялось над горизонтом. Ревели двигатели самолетов, шумела трасса неподалеку. Аэропорт Стамбула – один из крупнейших в Европе, перекресток воздушных путей.

Кресла в «Мерседесе» были мягкие и удобные, огромные окна давали хороший обзор. Когда автобус вырулил на трассу и помчался к городу, с откидного сиденья впереди поднялся экскурсовод – низенький мужчина с вьющимися смоляными кудрями и длинным носом с горбинкой. На поясе – короткий клинок. Гражданин. Интересно, он из купеческой семьи или проходил где-то гражданскую службу из-за слабого здоровья? Представить его в армии я почему-то не мог. И дело было не в росте – повадки нашего гида были сугубо гражданскими, мягкими. На лацкане пиджака висел беджик. Присмотревшись, я разглядел, что экскурсовода зовут Николай Асланиди.

Говорил Асланиди с акцентом, но очень увлеченно. Глаза его лучились энтузиазмом.

– Рад приветствовать вас в одной из столиц Российской империи! Если Москву называют иногда Третьим Римом, и звание это у нее оспаривали Берлин, Париж, а в последнее время и Нью-Йорк, финансовая столица Америки, то древний Константинополь был и остается Вторым Римом – резиденцией императоров Восточной Римской империи на протяжении долгих веков.

Дженни, казалось, шире открыла глаза. И в самом деле – мы приближались к городу, история которого была богаче истории всех городов Америки, вместе взятых. Здесь на золотых престолах восседали римские императоры, этот город штурмовали крестоносцы и османы… Не так далеко лежала и легендарная Троя!

– Наиболее важная и интересная часть нашей экскурсии – посещение площади перед храмом Святой Софии, осмотр достопримечательностей. Желающие смогут войти и в храм… Это грандиозное сооружение было задумано императором Константином Великим в четвертом веке нашей эры. Первый храм сгорел, и по приказу императора Юстиниана Первого была начата постройка Святой Софии в ее нынешнем виде. Но о храме мы поговорим позже, когда доберемся до него. А сейчас я хотел бы рассказать об истории Константинополя – третьей российской столицы.

– Они могли бы раздать какие-то проспекты, – прошептала Дженни. – Лично мне тяжело воспринимать информацию на слух. Да и говорит экскурсовод не совсем понятно. То ли я устала, то ли начала забывать русский.

– Он – грек, тебе мешает акцент, – объяснил я. – Но, наверное, наш гид знает много интересного – иначе его не поставили бы работать на маршрут. Мы купим путеводители в городе. Сейчас ты можешь просто смотреть в окно, а если что-то будет непонятно, спроси у меня.

– Мы движемся в Константинополь по той же дороге, какой входила сюда русская армия, освобождая его от долгого турецкого владычества, – продолжил Асланиди. – Тогда, пройдя победным маршем через Румынию, Болгарию, оказав помощь православной Греции, наши войска полностью выбили турецкие войска из Фракии и продвинулись на некоторое расстояние в Малой Азии. Из-за активного сопротивления Британии и Франции территории, захваченные на Малоазийском полуострове, пришлось оставить. Остров Кипр, на который высадился десант греков и русских, был отдан под протекторат Британии. Но нужно помнить, что война 1847 года была полностью освободительной. Народы, попавшие в турецкое рабство, воевали за свою свободу.

– Так всегда, – хмыкнула Дженни. – Тот, кто выигрывает войну, воюет за благие цели. А проигрывают всегда негодяи и подлецы. Таким образом, добро всегда побеждает.

– Турки действительно притесняли христианское население. – Я пожал плечами. – Неужели ты будешь спорить и с этим?

– Я просто хочу сказать, что, захватив проливы, русские осуществили свою вековую мечту – контролировать выход в Черное море.

– Не вижу в этом ничего предосудительного, – парировал я. – Турция имеет достаточно портов на берегу Средиземного моря, у Грузии практически нет флота. К тому же это наш стратегический союзник на Кавказе, православное государство. Болгарам и румынам хуже не стало. Так что проливы были нужны только нам, и ничьи интересы от того, что мы стали контролировать Босфор и Галлипольский полуостров, не пострадали.

– Однако Турция не смирилась с потерей Константинополя… Да и многие арабы поддерживают турок в их территориальных притязаниях.

За окном показались высотные дома. Застройка новых районов города мало отличались от архитектуры северных российских городов. Только растительность была другой: не березки, а пальмы, не елки, а кедры…

– Турки-османы разрушили Византийскую империю и захватили Константинополь в тысяча четыреста пятьдесят третьем году, – продолжил экскурсовод. – Султан Мехмед Второй, который предводительствовал вторжением, переименовал город в Стамбул. Ни о каком сохранении культурных ценностей в те времена речи не шло. Храм Святой Софии, куда мы сейчас едем, турки преобразовали в мечеть: убрали иконостас, алтарную преграду, амвон и патриарший престол. Мозаики были закрыты штукатуркой, над куполом подняли полумесяц, возвели михраб – нишу в стене, ориентированную в сторону Мекки. Возле храма были построены четыре минарета.