— Конечно. Я для того сюда и приехала.

— Может, хотя бы дверь запрем? — глядя мне в глаза, спросил Папазян.

— Не стоит, — ответила я и достала из сумочки маленький бумажный пакет с пленкой и фотографией. Положила его на стол перед Гариком и сказала: — Посмотри, пожалуйста, снимок.

— Что… — растерялся Гарик. — Так ты это мне хотела показать? Ай-ай-ай, как нехорошо, Танечка, издеваться над своим старым другом! А я-то подумал, что ты с серьезными намерениями… Ай-ай-ай, — сокрушенно закачал головой Папазян. Потом покосился на пакет и спросил: — А что там?

— Не бомба, не бойся! — пошутила я.

— Да-а, — протянул он. — Бомба, Танечка, — это ты. Такая женщина, такая женщина! — Он восхищенно зацокал языком. Потом взял пакет, открыл его и вытащил пленку и единственный снимок. Взглянув на него, Гарик поднял на меня взгляд и проговорил:

— Рожа типичного уголовника, — констатировал он. — Это что, твой новый бойфренд?

— Очень смешно, — фыркнула я. — Это действительно уголовник. По крайней мере я в этом почти не сомневаюсь. А снимок я тебе принесла для того, чтобы ты посмотрел, нет ли чего на этого типа в вашей картотеке. Будь другом, проверь, пожалуйста, может, он числится по каким делам или даже в розыске находится.

— Хорошо, посмотрю, — разочарованно вздохнул Гарик. — Тебе срочно?

— Да, желательно побыстрее.

— Тогда сиди здесь, а я сейчас сам схожу. Хочешь, чаю тебе приготовлю?

— Давай, а то я как-то плохо позавтракала сегодня.

Гарик ушел, оставив меня в гордом одиночестве со стаканом крепкого сладкого чая. Я еще не успела допить весь чай, как Гарик уже вернулся. Он нес в руках толстую папку. Как я поняла, с уголовным делом на интересующего меня Витька. Положив ее на стол прямо передо мной, Папазян сказал:

— Вот, Танюша, есть твой уголовничек в нашей картотеке. Держи, смотри. Но домой не дам, здесь смотри. А я пока на тебя полюбуюсь, — Гарик сел на свой стул, налил себе чаю и уставился на меня.

Я пододвинула к себе папку и открыла ее. На первой же странице красовался мой Витек. Это был тот же самый человек, с которым вчера разговаривал Бакаев, сомнений не было. Только на милицейской фотографии он был помоложе и лицо у него было чуть более приличное, не такое закоренело-рецидивистское, какое запечатлела я на вчерашнем снимке.

Я прочла то, что было написано ниже: «Соколов Дмитрий Алексеевич». Так-так… Значит, как я и предполагала, имя «Витек» не было настоящим, оно только для клиентов.

Бегло просмотрев уголовное дело, я пришла к выводу, что Витек — явно тот, кто мне нужен.

— Что скажешь? — кивнул на папку мой друг.

— Гарик, ну ты же знаешь, что я не раскрываю тайны следствия во время самого следствия. Мы ведь с тобой договорились, что как только я закончу это дело, то мы поужинаем с тобой где-нибудь в приятном месте, и я все расскажу.

— Правда?

— Слово скаута, чтоб мне сдохнуть, — подняла я вверх руку.

— Думаешь, это он — киллер? — вдруг спросил Гарик.

— Гарик, ну вечно ты так… Я-то думала, ты ни о чем не догадываешься, а ты уже и сам все знаешь. Зачем тогда просишь меня рассказывать что-то?

— Хочу услышать твою версию.

— Да, я думаю, это и есть тот самый человек, который убил Приходько.

— Киллер?

— Да. Ты так не считаешь? — Я увидела, как Гарик наморщил лоб.

— Не знаю, не уверен. Ты дело внимательно прочла?

— Нет, так просмотрела.

— Советую почитать повнимательнее. Не знаю… — снова задумался Гарик. — Мне кажется, не тянет он на киллера. Он по мелочевым делам работал. Раньше неоднократно привлекался к ответственности, но только не за такие серьезные дела, — Гарик нахмурился. — Если бы он хоть раз был подозреваемым по делу об убийстве, то сейчас не разгуливал бы на свободе.

— А что за дела за ним? — спросила я.

— Так, по мелочи все больше… Ты лучше сама почитай дело, если у тебя есть время.

Я взглянула на часы. Хотела сегодня еще немного послушать Бакаева, а потом надеялась разыскать этого самого Витька, то бишь Соколова Дмитрия Алексеевича. Нет, пожалуй, придется задержаться и почитать, как советует Гарик. Взяв папку и устроившись на дальнем стуле, я принялась более детально изучать материалы.

Первая судимость у Соколова была за разбойное нападение на торговый ларек с нанесением телесных повреждений продавцу. Но дали ему немного. Отсидев меньше положенного срока, Соколов вышел на свободу. Потом была еще одна судимость, но за более мелкий проступок — драка с нанесением тяжких телесных повреждений. Снова Соколов вышел раньше срока, на этот раз попал под амнистию.