— Он угрожал ему?

— Как? — испуганно спросила Юля.

— Ну как-нибудь. Может, кричал, что убьет его или еще что-нибудь в этом роде.

— Ну, как вам сказать… Знаете, когда люди в таком состоянии, они способны наговорить столько разных вещей, пообещав сделать такое, чего никогда в жизни не сделали бы. Может, и Саша что-то такое говорил, я не помню…

— Все понятно. Спасибо, Юля. Больше вопросов у меня к вам пока нет. Если вы мне понадобитесь, я смогу найти вас здесь?

— Да, конечно, я работаю каждый день, кроме воскресенья.

Я распрощалась с Юлей и снова отправилась к Саше. Значит, он не все мне рассказал про ту ссору с Приходько. Однако круто они разобрались тогда. И вполне, возможно, Саша затаил зло на Женю и только теперь все же отомстил. И опасаясь, что старая история всплывет, заранее готовит себе алиби. Дескать, беспокоюсь за друга, даже нанял частного детектива, чтобы отыскать убийцу. А что, если он сам и грохнул Приходько? Возможно, возможно, ответила я сама себе.

Кудряшов уже закончил заниматься импозантной дамой и теперь сидел на диване, закинув ногу на ногу, и листал очередной журнал. Увидев меня, он отложил его в сторону и спросил:

— Ну как побеседовали?

— Нормально. Узнала много интересного. И о вас, Саша, между прочим, тоже.

— А что обо мне? — испуганно спросил Кудряшов.

— Кое-что из того, что вы от меня скрыли.

— Не понимаю, — захлопал глазами, словно кукла, Саша.

— Вы ведь поругались с Приходько некоторое время назад.

— Ну и что? — обиженно дернул плечами Кудряшов. — Я вам рассказывал об этом.

— А о том, что вы устроили Приходько скандал прямо на работе, после того как вышли из больницы, вы умолчали. Почему? Ведь есть свидетели, которые могут подтвердить, что вы кричали, ругались, грозились убить Евгению.

— Это Юлька вам наболтала? — поджав губы, тихо произнес Саша. — Трепло! — он обиженно отвернулся.

— Не наболтала, а предоставила оперативную информацию, — поправила я Сашу. — Так что вы, Саша, из моего клиента сами очень просто можете превратиться в главного подозреваемого. Может, вы специально хотели отвести от се — бя подозрение, пытались направить меня по ложному следу, обвинив Бакаева?

— Да нет же, нет! — закричал Кудряшов, и я увидела, как на его глазах блеснули капельки слез.

Ну, вот, только истерик нам тут не хватало, с тоской подумала я. Теперь придется ему сопли утирать.

Саша достал платок, отвернулся в сторону и принялся с шумом сморкаться. А потом, судорожно глотая воздух и перебивая сам себя, торопливо заговорил.

— Как же вы, Таня, не поймете… Женя ведь умер! — он снова почему-то заговорил о Приходько в мужском роде. — Я ведь ему все простил. Вы подозреваете меня? Но я не убивал его. Я не имею к этому абсолютно никакого отношения. И я понятия не имею, кому понадобилось убивать Женю. Нет, это Бакаев. Больше некому. Но не я! Не я! Слышите?! — Саша так орал, что в комнату заглянули две испуганные девушки.

— Все в порядке, оставьте нас! — крикнула я, повернувшись к двери.

— Да-да, все нормально, — прохлюпал Саша, снова оглушительно сморкаясь в розовый в цветочках платок.

Девушки вышли.

— Как мне доказать, что это не я сделал, — Саша посмотрел на меня заплаканными глазами, и только сейчас я заметила, что глаза у него были накрашены. Тушь грязными дорожками струилась по гладко выбритым щекам. Саша платком пытался собрать ее с лица, но только еще больше размазывал, отчего стал похож на клоуна. — Я ведь нанял вас, чтобы вы нашли убийцу. Разве это не является доказательством того, что я не убивал Женю? — сорвавшимся голосом прокричал он.

— Нет, — спокойно возразила я. — В моей практике сколько угодно случаев, когда убийца, совершив преступление, сам же нанимал меня, чтобы я расследовала его. И, знаете, я все равно докапывалась до сути, хотя преступник думал, что классно все замаскировал и что я ни за что не догадаюсь. Но, к сожалению или к счастью, все тайное рано или поздно становится явным, — я протянула Саше свой платок, потому что его розовый платочек стал совершенно ни на что не похожим. Он промок и пропитался тушью и прочей косметикой. — До свидания.

Саша, взяв из моих рук платок, растерянно посмотрел на меня и захлопал длинными ресницами.

Выйдя из салона, я решила отправиться поближе к Бакаеву, ведь в его барсетке я оставила «жучок» и теперь надо было послушать, как он там поживает. Я развернула машину и поехала к загородному дому бандюгана Коляна.

Когда я подъехала и настроила аппаратуру, оказалось, что мне повезло и Бакаев пока находится дома. В наушниках я услышала приглушенные звуки музыки. Похоже, Николая Васильевича не так уж огорчил мой визит, раз он веселится. Я прибавила громкость, хотя «жучок» у меня достаточно современный и улавливает малейшие колебания воздуха, и прислушалась.