— Я согласна. Ведь для Мишеньки… Узнать, кто его убил…

На том и порешили. А потом я выяснила для себя необходимые сведения об убитом.

Звали его Михаил Павлович Королев. Работал он директором одной фирмы, каких в Тарасове сотни. Крутился помаленьку: то да се, в общем — купи-продай. Но как бы там ни было, фирма приносила неплохой стабильный доход, на жизнь бизнесмен не жаловался. И семье хватало (он, оказывается, был женат), и Ляльке перепадало.

А в ближайшем будущем Ляльке должен был достаться и сам Королев. Так он ей, во всяком случае, неоднократно заявлял. Ошибочка, мол, по молодости вышла, а теперь только ты — единственная и неповторимая.

Лялечка, поплакав еще немного и посетовав на медленную работу нашей милиции, благополучно отбыла в направлении своей квартиры, а я принялась обдумывать план дальнейших действий.

Так, что мы имеем? Труп в лифте. Труп, когда еще был жив, являлся любовником Ляльки. Кто его убил? За что? Куда и каким путем убийца ушел? Да, вопросов больше, чем ответов.

В общем, версий убийства сразу вырисовывалось несколько. Во-первых, на почве бизнеса. Мало ли что: кому-то не угодил, с кем-то что-то не поделил и т. д. и т. п. Во-вторых, жена. Если она каким-то образом прознала про существование у мужа любовницы, то убийство могло быть совершено и на почве ревности. Ну и, наконец, сама Ляля. Слезы, слюни и все такое — это, конечно, хорошо, то есть не «хорошо», а понятно. Ведь если она и замочила своего любовничка, то ей и положено плакать. И даже этот широкий жест сделать — нанять частного детектива. Причем небось на денежки самого Королева. Вот три основных версии, которые и придется отрабатывать. Но надо бы еще узнать и версии ментов, может, у них что интересное имеется.

Надо бы разведать обстановку посерьезнее, но такие сведения можно добыть только в милиции. А как? Эх, если бы дело вел Киря… Да что теперь толку вздыхать.

Завершить этот сумбурный день я решила гаданием. Слишком противоречивой была ситуация, да еще и я в ней невольно оказалась замешана. В общем, я достала из ящика магические «кости». Это мои надежные и верные друзья, которые меня еще ни разу не подводили. Бросила двенадцатигранники на гладкую крышку стола. Выпала комбинация 18+3+34, которая означала буквально следующее: «К вам испытывали подлинную, глубокую любовь, хотя сами вы отвечали на нее только привычкой и небольшой привязанностью».

Непонятно. К чему бы это? Вроде никаких любовных историй в последнее время у меня не наблюдалось…

Ну да ладно, время уже позднее. А все эта Лялька… Пора на боковую. А разбираться что к чему и дела делать начнем завтра, на свежую голову.

Утром я проснулась на удивление рано. А ведь так устала за вчерашний день, что казалось, могу проспать сутки. Но в семь пятнадцать я уже была на ногах и даже успела принять душ. Заварив себе крепкого ароматного кофе, взяла сигарету, вышла на балкон и, отхлебнув чудодейственный напиток, сильно затянулась сигаретой.

День только начинался и обещал быть ясным и жарким. Но пока на улице было свежо и приятно. Я решила воспользоваться этим удобным моментом, чтобы как следует обдумать сложившуюся ситуацию. Первым делом хорошо бы позвонить Кире, старинному и надежному другу, по совместительству еще и подполковнику милиции. Надо выяснить, как продвигается официальное расследование, а там уже смотреть, что предпринять. Только сейчас еще слишком рано, вряд ли Киря уже пришел на работу. И я решила немного подождать.

Но тут вдруг раздался звонок сотового. Я взяла трубку — на том конце был не кто иной, как подполковник милиции Кирьянов, а попросту Киря. Собственной персоной. На ловца, как говорится…

— Привет, Танюха! — бодро сказал мой друг. — Не спишь?

— Не сплю, Киря, как раз о тебе думаю. Собиралась позвонить, а тут ты и сам.

— Дело вот в чем: я сегодня дежурил и просматривал последние дела. И, о чудо! Увидел твою фамилию среди свидетелей одного убийства. Как же это тебя угораздило, а, Татьяна?

— Да вот уж угораздило! — в тон ему ответила я. — Просто убитый шел к моей соседке, и по воле случая я первая наткнулась на него. Ну и пришлось, как честной и дисциплинированной гражданке, вызвать дяденек милиционеров.

— Ясно, — протянул Кирьянов.

— Послушай, Киря, по ряду разных обстоятельств я вынуждена заняться частным расследованием данного дела. Сам понимаешь, что те сведения, которые есть у милиции, я не могу заполучить иначе, как выпытав у тебя. Будь другом, поведай, как там и что, помоги, а за мной не заржавеет, известное дело.

Киря немного помолчал.

— А что конкретно тебя интересует?

— Абсолютно любая информация. Я, конечно, понимаю, что это не телефонный разговор, поэтому давай сдавай дежурство и чеши ко мне. Я тебя завтраком покормлю, а заодно ты мне все и расскажешь.

— Согласен, — игриво заметил Киря. — Раз завтраком, то ладно.

Милиция успела за вчерашний день допросить не только мою соседку Ляльку, но и жену, то бишь вдову убиенного Королева. В общем и целом милицейские сведения сводились к следующему: Королев Михаил Павлович тридцати семи лет от роду, довольно преуспевающий бизнесмен, имел жену и пятнадцатилетнего сына, проживавших вместе с ним. Елена Александровна Королева была ровесницей мужа, после рождения сына почти все время сидела дома, выполняя роль домохозяйки. Кроме законной супруги он также имел и любовницу — Ляльку, то бишь Сафонову Ольгу Борисовну, двадцати лет.