Хвалиться собственными успехами давно считалось почетной привилегией Капитана.

–  Мы провели превосходную работу, - заверила Капитан.
– Я не приемлю иного определения. Несмотря на технические проблемы и огромный объем работ, мы составили карты девяноста девяти процентов внутренней части корабля. По сути, я первой пробралась сквозь систему труб, находящуюся над нами, и первой увидела величественную красоту водородного моря наверху…

Уошен спрятала улыбку, подумав: «Топливный бак - это только топливный бак».

–  Итак, цель перед нами, - объявила Капитан.

Корабль уменьшился втрое. Резервуар для топлива оказался больше всех пещер; обиталище пиявок было слишком маленьким, а потому незаметным. В следующую секунду был удален еще один слой - неторопливо, бесшумно. Жидкий водород сменился черноватым твердым веществом, а еще глубже - прозрачным металлом.

–  Дальше этих морей мы никогда не забирались,- прокомментировала Капитан.
– Под ними нет ничего, кроме железа и каши из других металлов, сжатой под чудовищным давлением.

Корабль превратился в совершенный гладкий черный шар - необходимый предмет для множества популярных игр.

–  До настоящего времени мы ничего не знали о ядре.- На мгновение Капитан смолкла, позволив себе едва заметно улыбнуться.
– Данные указывают на следующее: когда корабль был построен, из ядра его удалили радионуклиды, возможно, для того, чтобы дать металлам остыть и немного затвердеть. Мы не знаем, как это удалось строителям. Когда-то там существовали узкие туннели, ведущие вниз, укрепленные при помощи гиперволокна и энергетических полей, но в конце концов они обрушились от старости и недостатка технического обслуживания.
– После очередной паузы она продолжила: - Там не могла пройти даже микромашина. По крайней мере мы так всегда считали.

Уошен заметила, что дышит чаще, наслаждаясь происходящим.

–  Мы не обнаружили ни единого признака существования скрытых камер, - объявила Капитан.
– Я не принимаю критику по этому поводу. Мы провели всевозможные тесты: сейсмические, нейтринные изображения, даже примитивные расчеты массы и объема. Пятьдесят лет назад мы еще не имели причин бояться, что наши карты неполны.

В помещении воцарилась тишина. Тихо, невозмутимо Капитан произнесла:

–  Весь корабль, пожалуйста.

Железный шар снова оделся в камень и гиперволокно.

–  А теперь удар. Пожалуйста.

Уошен сделала шаг вперед, угадав, что они сейчас увидят. Пятьдесят три года назад они пролетали через плотное скопление комет. Помощники Капитана швыряли в самые большие препятствия глыбы антивещества. Лазеры палили без перерыва, испаряя триллионы тонн льда. Но корпус был усеян обломками, на его серебристо-сером изображении плясали тысячи сверкающих булавочных уколов, а затем капитаны увидели огненную белую вспышку, по сравнению с которой остальные взрывы показались крошечными, и заморгали, смущенные, вспоминая этот момент.

Железоникелевая глыба пробила их заграждения. От удара корабль содрогнулся, и еще долгое время нервные пассажиры не могли говорить ни о чем другом. Даже после того, как помощники показали им все схемы и расчеты, доказывающие, что корабль мог бы выдержать и более мощное столкновение, не подвергая пассажиров реальной опасности… даже после этого находились люди и инопланетяне, которые продолжали бояться.

С видимым удовольствием Капитан произнесла:

–  А теперь поперечное сечение, пожалуйста.

Половина корабля испарилась. Ударные волны распространялись от места столкновения вниз и в стороны, затем сходились в кормовой части, причиняя все больше разрушений, катились обратно и снова к корме; приглушенные вибрации можно было уловить даже сейчас - они прокатывались по кораблю и по костям помощников Капитана.

–  Анализ, полученный с помощью искусственного интеллекта, пожалуйста.

Поверх поперечного сечения возникла карта, знакомая до мельчайших подробностей. Кроме одной.

–  Мадам, - произнес сильный голос. Голос Миоцен.
– Предположим, что это аномалия. Но не кажется ли вам, что это нехарактерно для…

–  Вот почему я решила, что это ничего не значит. И искусственный интеллект, которому я доверяю, - часть моей собственной нервной системы - согласился со мной. Состав вещества в этой части корабля изменился. И больше ничего.
– Она сделала длинную паузу, наблюдая за своими помощниками. Затем с широчайшей любезной улыбкой признала: - Предположение о существовании полого ядра казалось смехотворным.