– Помогите мне! – закричала женщина. – Увезите меня отсюда!

За ней бежал мальчик.

Стрелочник попробовал воспользоваться полотенцем и одновременно изобразить боевой крик мастера каратэ, – чтобы маньячка испугалась. Но женщина бросилась ему на шею и заклеила боевой крик поцелуем. Мальчишка сразу залез в машину.

Наверное, она насилует мужчин, подумал Стрелочник сквозь приятное головокружение, – и что в этом плохого?

– Поехали? – спросила женщина, отклеившись.

– Поехали, – сказал Стрелочник, – на край света?

Лиза внимательно посмотрела на него.

– Ты хочешь на край света?

– Я всю жизнь делаю только глупости, – сказал Стрелочник.

– Я тоже, – ответила Лиза.

И они оба почувствовали, как злая девочка накрыла их своим сачком. Теперь можно было ехать и на край света.

– Быстрее, – крикнул мальчик, – а то она выдерется!

– Так ты не маньячка? – спросил Стрелочник.

– Разве тебе не все равно?

– Конечно, все равно, – сказал Стрелочник и внутренне согласился со своими словами.

Они сели в машину и развернулись, чтобы ехать обратно. Мальчик полез назад.

– Здорово! – восхитился он. – Здесь столько всего. Я себе что-нибудь обязательно заберу, все равно никто не узнает.

– А где теперь край света? – спросила Лиза.

– В моем домике у переезда, в маленьком домике с цифрой 1910.

(И всего-то? – гнусно подумала Лиза и очень обиделась на себя за эту мысль.)

– Меня еще никто не любил под цифрой 1910, – прошептала она, – но я знаю, что это очень романтично.

По пути она рассказала ему всю историю – о муже-злодее, о деньгах и похищенном ребенке.

– Что же будет с ребенком? – спросил Стрелочник.

– Ничего страшного, – ответила Лиза, – эта ненормальная сказала, что она спасет мою дочь.

– Но она же ненормальная?

– Нет, только чуть-чуть. И мне кажется, что если она сказала, то действительно спасет.

– А как же мы ее найдем потом?

– Дурачок, – сказала Лиза, – такая сама тебя найдет где угодно, даже в нашем домике под цифрой 1910. Такой лучше не попадаться.

Стрелочник заметил, что она уже говорит «в нашем домике». Он не собирался возражать.

– А знаешь, – сказал Стрелочник, – я сегодня чуть было не повесился. И всего лишь из-за прошлогоднего листочка. А машина, в которой ехала ты, меня спасла.

Лиза слушала с бесконечным женским пониманием на лице – так настоящая женщина умеет выслушивать бесконечные мужские глупости.

– А еще сегодня я сочинил песню на английском языке, которого не знаю, – говорил Стрелочник.

Лиза продолжала слушать с тем же выражением.

– Ты живешь один? – спросила она.

– А еще сегодня я видел, как старушка плакала в метро, и с этого все началось.

– Да, да, – сказала Лиза, – с мужем я разведусь, его все равно посадят надолго.

Выезжая из лесу, они снова встретили трех слепых. Слепые все же сумели выбраться, но сейчас снова шли не туда. Лидер был тем же.

– В этой стороне магазин? – спросил лидер.

– Нет тут рядом магазина, – сказала Лиза.

– Я не спрашиваю, есть или нет, я спрашиваю, правильно ли мы идем, – слегка возмутился лидер.

– Неправильно, – сказала Лиза, – вы идете от города.

– А я говорил тебе, что мы неправильно идем, – вмешался второй слепой.

– Это та же самая машина, – сказал третий, – они нас уже однажды послали не туда. Как вам не стыдно, молодые люди? Вы до сих пор катаетесь без лобового стекла?

– Так будем поворачивать или нет? – спросил второй.

– Не будем, – сказал лидер, – я лучше знаю, как идти к магазину.

А что, если сто слепых ведут за собой сто миллионов слепых? – подумал Стрелочник. – Это называется государственная политика. Но они никогда не выйдут к магазину.

– А зачем была устроена вся эта погоня? – спросил он.

– Она собиралась поймать того, который ехал в серебристой машине.

– И что бы она с ним сделала?

– Она бы из него выбила информацию. Представляю, что с ним будет.

– А она его поймает?

– Она его уже поймала, – сказала Лиза, – поймала и узнала от него все, что собиралась узнать. Перед ней никто не устоит, не сомневайся.

– А почему ты хотела от нее сбежать?

– Она сказала, что для спасения ребенка понадобится месяц или больше. Я бы не выдержала и дня такой жизни. Ты спас меня сегодня.