Внезапное волнение Генри, очевидно, застало Джоан врасплох. Она сбивчиво заговорила:

— Я... я просто подумала, что тебе надо сообщить. После нашего свидания... э-э... нашего вечера я заехала на работу... Кто-то пытался прорваться в морг, где лежат останки мумии. Охранник спугнул гостя, но задержать не смог.

— А мумия?

— Цела. Ворам не удалось даже проникнуть в комнату.

— Похоже, заметка репортера из «Геральд» приманила больше мух, чем мы подозревали.

— Или это те же самые, — добавила Джоан. — Возможно, не найдя ничего у тебя в номере, они явились сюда. Что говорит полиция?

— А что им говорить? У меня ведь ничего не украдено.

— Они тщательно все осмотрели?

Генри рассмеялся.

— Ты явно начиталась детективов. Единственное, что они сделали, это проверили записи с камер наблюдения в вестибюле.

— Ну и?..

— Без толку. Стекла камер забрызганы краской.

Джоан ненадолго замолчала.

— Джоан?

— У нас тоже. Именно это и насторожило охранника. Он заметил затемненный монитор.

— Думаешь, это одна и та же банда?

— Не знаю.

— Ну, вряд ли они сунутся снова после того, как чуть не попались.

Однако сам Генри в этом сомневался.

Джоан громко вздохнула.

— Надеюсь, ты прав. Извини, что побеспокоила.

— Никакого беспокойства. Я не спал.

Генри решил не рассказывать о том, что не смог связаться с Сэмом. Это казалось невероятным, но Генри чувствовал, что события дня каким-то образом тесно переплетаются: развороченный гостиничный номер, попытка проникнуть в морг, отсутствие связи с Сэмом.

— Ладно, до утра, — проговорила Джоан.

Генри озадаченно нахмурился, но тут же вспомнил о назначенной в лаборатории встрече.

— Да, конечно. Увидимся завтра. Спокойной ночи. — Перед тем как повесить трубку, Генри быстро добавил: — Спасибо, что позвонила.

Однако Джоан его уже не услышала.

Генри медленно опустил трубку, посмотрел на экран и отключил его. Связываться с лагерем бессмысленно — все равно ничего не получится. Захлопывая ноутбук, профессор пообещал самому себе:

— Если до завтрашнего вечера я так и не достучусь до лагеря, ночью туда вылечу.

Но даже это решение не успокоило его расходившиеся нервы.

Среда, 22 августа, 6 часов 3 минуты

Пещеры

Анды, Перу

В слабом свете единственного фонарика Сэм рассматривал золотое лезвие кинжала. Юноше досталось последнее за ночь дежурство. Его товарищи, свернувшись калачиком, лежали рядом на каменном полу, подложив под головы рубашки и рюкзаки. Ральф даже посапывал во сне. А вот Сэму уснуть так и не удалось. Он лишь ненадолго задремал, и при этом его мучили страшные картины падающих камней и невиданных чудовищ. Дежурство избавило Сэма от кошмаров.

Он поднял глаза от кинжала и оглядел пещеру. Отовсюду, с нескольких десятков колонн, на Сэма смотрели серебряные глаза, глаза полулюдей-полуживотных. То были боги и духи инков. Неподалеку, словно яркая прожилка в темном камне, отражала скупой свет золотая дорожка. Сэм представил себе поколения инков, которые, наверное, проходили по ней... Дорожка углублялась в другие пещеры, но группа решила разбить лагерь именно в этом месте, возле воды, и ждать спасателей. С разведкой можно и повременить.

Взглянув на часы, Сэм подумал, что над Андами как раз поднимается солнце. Внизу же темнота, казалось, и не собиралась рассеиваться. Время потеряло всякое значение, устремившись в вечность.

Хотя Сэм пытался не обращать внимания на голод, в желудке громко урчало. Интересно, сколько они уже не ели?

И все-таки жаловаться не следует. По крайней мере, рядом протекает ручей.

Нужно просто отвлечься от мыслей о еде.

Ощупывая лезвие, Сэм стал размышлять о непонятном устройстве кинжала. Как произошла его вчерашняя трансформация? Трудно было даже представить механизм, при помощи которого кинжал превращался в зигзагообразную молнию. Это случилось так плавно, без всякого трения, словно металл просто перелился в новую форму.

«До какого же уровня технологии они дошли?» — думал Сэм. Предупреждение отца де Альмагро о Эдемском змее предполагало источник запретного знания, способного развратить человечество. Представляет ли кинжал образец подобных знаний?

Кто-то кашлянул. Сэм поднял глаза и увидел, как к нему босиком пробирается Мэгги. Даже непричесанная, девушка выглядела потрясающе. Под тонкой, небрежно застегнутой блузкой колыхались ее груди. У Сэма пересохло во рту. Чтобы не выдать смущения, он опустил глаза.