— Вик, если бы это сказал кто-то другой, я поверил бы. Но тебе не верю. Ты здорово разозлила кого-то, и тебе изуродовали автомобиль. Так что давай — кого ты достала?

Я закрыла глаза.

— Скорее всего лейтенанта Мэллори. Он хочет, чтобы я не совала нос в дело Келвина.

— Это кто-то из порта.

— Мюррей, оставь несчастного инвалида в покое.

— И этот кто-то связан с делом Келвина.

— Никаких комментариев.

— Вик, я с тебя глаз не спущу. Хочу видеть все собственными глазами.

— Немедленно убирайся отсюда. Иначе я напущу на тебя медсестер. Ты не представляешь, какие стервы работают в этом госпитале.

Он засмеялся и погладил меня по голове.

— Ладно, выздоравливай. Если тебя в конце концов прикончат, мне будет тебя не хватать... Так и быть, прокачусь для смеха на элеватор и потолкую с твоим красномордым охранником.

Я открыла глаза и быстро сказала:

— Если что-то выяснишь, немедленно позвони.

— Прочтешь об этом в «Стар». — Мюррей засмеялся и ретировался, прежде чем я успела сказать ему напоследок что-нибудь язвительное.

После этого наступила некоторая пауза. Я приподняла изголовье и попробовала пристроиться так, чтобы можно было писать на столике. Вот уж не думала, что обходиться одной рукой так трудно. Слава Богу, у меня в машине рулевой привод с усилителем, подумала я, но тут же вспомнила, что никакой машины у меня теперь нет. Тогда я позвонила в страховое агентство и сообщила об аварии. Очень хотелось надеяться, что мой страховой полис предусматривает ущерб от актов злостного хулиганства.

Затем я взяла листок дешевой больничной бумаги и стала рисовать: вот корабль плывет по морю, вокруг несколько крокодилов. В порту к моему автомобилю мог подобраться кто угодно. Я знала, что Филлипс видел, как я выхожу из конторы «Полярной звезды». Филлипс мог сказать об этом Грэфалку, диспетчеру и еще Бог знает кому.

Неподалеку от крокодилов я изобразила акулу с огромной пастью, способной проглотить фрахтер, и несколько испуганных рыбешек. Весь экипаж «Люселлы» тоже обо мне знал. Включая Бледсоу. Но он так замечательно целуется... Трудно представить, что злодей, выведший из строя машину, обладает таким важным талантом. В то же время на «Люселле» в машинном отделении сколько угодно всяких инструментов. Шеридан и Винстейн, даже Бемис, запросто могли изуродовать мой автомобиль, пока Бледсоу водил меня ужинать.

Итак, возьмем Филлипса. Он вел себя со мной очень странно. Может, влюбился и стесняется признаться? Вряд ли. Не будем забывать, что они с Бум-Бумом ссорились из-за контрактов накануне гибели моего брата.

Я нарисовала кружок и пририсовала к нему прическу. Это будет Филлипс. Сделала соответствующую подпись — вдруг медсестра захочет подарить мой шедевр своему внуку. Итак, надо будет потолковать с каждым из них: Грэфалком, Филлипсом, Бемисом, Шериданом, Бледсоу. И чем скорее, тем лучше.

Я злобно покосилась на свое левое плечо. Пока я валяюсь тут, привязанная к потолку, сделать ничего не удастся. А почему бы не просмотреть контракты «Юдоры Грэйн» на грузовые перевозки? Какая-то добрая душа вытащила мою холщовую сумку из разбитого «линкса», и теперь она лежала на нижней полке прикроватной тумбочки.

Я опустила кровать, кое-как выудила ежедневник из сумки, снова подняла кровать и уставилась на даты, подчеркнутые Бум-Бумом. Я тоже у себя в календаре обвожу некоторые числа кружочком — когда приходят менструации. Но не думаю, чтобы Бум-Бум использовал календарь с той же целью. Я представила себе, что высказываю Бум-Буму такое предположение, и невольно улыбнулась.

Итак, подчеркнутые числа не имеют никакого отношения к менструальному циклу моего двоюродного брата. Стало быть, речь идет о каких-то иных событиях. Я переписала все числа на отдельный листок бумаги. Интервал между ними был непредсказуемым: два дня, семнадцать, одиннадцать, пять. Только нечетное количество дней? Нет, вот промежуток в шесть дней, потом три, четыре, два. Первое число подчеркнуто в конце марта, последнее — в ноябре. В этом году — начиная с апреля.

Очевидно, имеется в виду судоходный сезон на Великих озерах. Элементарно, Варшавски. Кораблевождение по Великим озерам начинается в конце марта или в начале апреля, а заканчивается перед новым годом, когда лед становится слишком толстым на верхних озерах. Тогда навигация прекращается.

Компания «Юдора Грэйн», конечно, работала круглый год, без перерыва, но навигация продолжалась лишь девять месяцев в году. Значит, проблема связана именно с озерными перевозками. В чем же там дело?

Снова началась головная боль. Я выпила воды и опустила изголовье. Решила немного поспать.

Когда я проснулась, то увидела, что на стуле перед кроватью сидит молодой человек и смотрит на меня с беспокойством. Круглая гладкая физиономия, сломанный нос, карие собачьи глаза. Знакомая личность. Я приподнялась.