Занятая по горло устройством вечера, составлен меню, сервировкой стола, Любовь Петровна и те не присаживалась ни на минуту. Она то отправлялась на кухню, чтобы дать какое-нибудь указание поварам, то принимала готовые блюда, помогая целой стайке девушек, обслуживающих стол. Девушки понимали ее с полуслова, действовали быстро и умело, а она обращалась с ними, как со старыми знакомыми.

Когда Андрей Андреевич увидел сервированный с таким вкусом стол, он подошел к Любови Петровне, сердечно поблагодарил и со старинной галантностью «приложился к ручке».

В последние дни Любовь Петровна трудилась так много, что на отдых оставалось не больше двух — трех часов в сутки. Лидии, видевшей, как трудится Любовь Петровна, как она утомлена, не могло и в голову прийти, что хозяйка может что-либо заметить, тем более наблюдать за ней.

Вечер был в полном разгаре, когда с огромным букетом цветов явился Степанковский. Он крепко обнял юбиляра, горячо поздравил его и извинился за вынужденное опоздание. Андрей Андреевич только было собрался допросить Валентина Александровича что помешало тому прийти вовремя, как Степанковского уже окружили и потребовали выпить «штрафную».

Лидия не могла отвести взгляда от бледного, похудевшего лица Валентина Александровича. Она даже позабыла о своем решении незаметно скрыться, если Степанковский все же придет. Только уже когда он подходил к столу, Лидия нагнулась и долго доставала оброненную на пол вилку.

С появлением Степанковского напряжение Лидии достигло предела. Она призывала на помощь свою выдержку и спокойствие, но хладнокровие оставляло ее, Лидия все чаще нетерпеливо поглядывала на дверь.

Когда же, наконец, в дверях показался знакомый ей бритоголовый человек с двумя большими корзинами цветов, Лидия с усилием заставила себя спокойно подняться и на правах домашнего человека подошла к посыльному, чтобы принять цветы. Рядом с нею оказалась вездесущая Любовь Петровна. На мгновение опередив хозяйку, Лидия поспешила взять корзину, выкрашенную в голубой цвет. Любовь Петровна, принимая вторую корзину с цветами и конверты с адресами, пристально смотрела на бритоголового. Тот откланялся и поспешно удалился.

Любовь Петровна с корзиной в руках медленно оглядывала комнаты, как бы решая, куда же поместить цветы, ибо в комнате уже не оставалось ни одного свободного уголка. Перехватив ее взгляд, Лидия пришла ей на помощь:

— Давайте, Любовь Петровна, эти цветы снесем в беседку, там на свежем воздухе они дольше сохранятся.

— Вы правы, Таня, — ответила Любовь Петровна и, достав из карманчика ключ, любезно пропустила Лидию вперед.

Беседка сразу наполнилась пряным ароматом цветов. Женщины расставили корзины и вышли. Любовь Петровна повернула ключ в замке и двинулась вслед ушедшей к дому Лидии, по вдруг остановилась и отступила к кустам сирени.

В дверях, очевидно, ожидая Лидию, стоял Степанковский… Подойдя, Лидия посмотрела ему в глаза долгим пытливым взглядом. Валентин Александрович стоял с мертвенно-бледным лицом, плотно сжав губы.

— Умоляю вас, Валентин, — едва слышно заговорила она, — ни о чем меня не спрашивайте. — Она сделала шаг и дотронулась до его руки. Но он, точно ужаленный отдернул руку. — Зайдемте в комнату, — бледнея попросила она. — Я все объясню вам, только позже… прошу вас, зайдемте в дом… — она умоляюще смотрела ему в лицо большими голубыми глазами.

Валентин Александрович рванулся к воротам.

— Нет, нет! — испуганно взмолилась она, схватив его за рукав — не выходите… Нельзя!.. — Лидия загородила собой дорогу. — Вы немедленно вернетесь в дом, — тихо, но твердо сказала она. — Каждый следующий шаг может вам стоить жизни, — она с силой схватила его за руку.

В ту же минуту впереди что-то вспыхнуло. Лидия мгновенно заслонила собой Степанковского.

Что-то сильно обожгло ей левое плечо. Лидия выстрелила. Она заметила, что какие-то люди набросились на стрелявших.

Зажимая рукой окровавленное плечо, Лидия пристально посмотрела на ошеломленного Степанковского и в следующее мгновение скрылась в темноте. Все произошло так стремительно, что растерявшемуся Степанковскому показалось сном…

А Лидия, пробравшись в соседний двор, выбежала на другую улицу, обошла дом и очутилась на поляне. В кустах ее дожидалась «Победа». Лидия своим ключом открыла дверцу и вытерла носовым платком залитую кровью ладони. Она перевязала плечо повыше раны, зубами и здоровой рукой затянула узел. Затем села за руль и поехала вниз по улице. Как только выбралась на шоссе Приморск — Лубково, сразу включила последнюю скорость.

У дома Лукьяна Андреевича Лидия остановила машину и побежала к дверям. Но они оказались запертыми. С похолодевшим сердцем она бросилась к калитке соседнего дома. Там ей сказали, что Лукьян Андреевич еще не возвращался с работы, а больная внучка находится у соседей Васильевых.

В душной комнате на жестком диванчике, прикрытая одеяльцем, лежала бледная, похудевшая Аннушка. Не поздоровавшись, Лидия кинулась к ребенку. Вначале Аннушка не узнала Лидию из-за стриженых и выкрашенных волос. Потом обвила ее шею ручонками и заплакала.