— Элизу Лэрд больше никто не ищет.

— Я не хочу рисковать.

Когда они вошли в магазин, он дал ей денег.

— Отлично понимаю, что их гораздо меньше, чем ты привыкла тратить.

Взяв деньги, она нахмурилась.

— Спасибо. Я верну. Чем займешься, пока я буду делать покупки?

— Завалюсь вон в тот бар, закажу клубничной газировки и стану думать, как поймать этих ублюдков.

Она взяла тележку и ушла. Он занял место в баре и, потягивая шипучий клубничный лимонад, принялся мечтать о том, как Савича на пару с Като Лэрдом закуют в кандалы и отправят в тюрьму. Где бы она, эта тюрьма, ни находилась.

Еще он достал мобильный и позвонил Диди.

— Салют! — воскликнула Диди. Она явно была рада его звонку. — Не думала, что сегодня позвонишь.

— Как дела?

— Волосы вьются. Уорли скотина. Все по-прежнему.

— А остальное?

— Видел сегодня утром пресс-конференцию судьи Лэрда?

— Наверное, проспал, — соврал Дункан.

— Совсем извелся от горя, бедняга.

Даже Диди, с ее тончайшей интуицией, этот мерзавец сумел обмануть.

— Мы все подчищаем. Дотан выдал положительное заключение на записи зубной формы миссис Лэрд, потом провел вскрытие. Она утонула. Представляешь, она еще и наркотики употребляла.

— Не может быть.

— Вот так-то. Если она работала на Савича, могла сама пробовать товар. Дотан нашел следы нескольких психотропных препаратов, но передозировки не было. Теперь тело готовят к погребению. Когда, где — пока неизвестно.

— О Савиче есть новости?

— Ничего, кроме тех снимков с покойной миссис Лэрд.

— Он сумел достать Горди.

— Кстати, насчет этого, — сказала она. — Ты не сказал, что подрался с ним в изоляторе.

— Из головы вылетело.

— Какой забывчивый. Сегодня утром эта сплетня доползла до «Казарм». По одной версии, вы с Савичем повздорили и наговорили друг другу лишнего…

— Есть и другая?

— По другой после кровавой драки вас обоих увезли в больницу.

— Жерар знает?

— Он на тебя не сердится. Любой из нас, столкнувшись с Савичем после известия о смерти Балью, поступил бы точно так же. Капитан отрядил кого-то допрашивать сокамерников о самоубийстве. Никто ничего не знает.

— Следовало ожидать. — Он отпил большой глоток лимонада. Это была хорошо продуманная пауза. Когда, по его мнению, она истекла, Дункан сказал: — Диди, я тут поразмыслил.

— Подожди, я возьму блокнот и ручку. — Долю секунды она отсутствовала. — Валяй.

— Проверь, имеет ли Мейер Наполи какое-нибудь отношение к Савичу?

— Ты имеешь в виду помимо фотографий?

— Я имею в виду личные взаимоотношения. Один на один. Шансов мало, но чем черт не шутит.

— Вряд ли Наполи был человеком Савича. Тот сам сказал — зачем ему Наполи?

— А ты поищи, вдруг что-нибудь вылезет, — произнес он. — Начни с секретарши Наполи. Она не станет отмалчиваться — раз босса любила, захочет узнать, кто его убийца.

— Думаешь, Савич…

— Я же сказал, шансов мало.

— Ладно, позвоню секретарше. А что конкретно мне искать?

— Понятия не имею. И еще… — Он замолчал, как бы раздумывая. — Возможно, полезно будет подробнее узнать о людях, которых убили по приказу Савича. Историю Горди Балью мы уже знаем. Ну а Фредди Моррис и Андре Бонне, у которого дом взорвали? Может, если мы в их прошлом покопаемся, то найдем человека, которой что-то знает, что-то слышал, и сумеем на это опереться. Хотя бы ордер на обыск получим. Что думаешь?

Он знал, как его слова должны были разочаровать Диди. Брови у нее наверняка далеко уползли на лоб.

— Наверное, — уныло протянула она. — И что ты надеешься найти?

— Не знаю. До тех пор, пока мы это не найдем. — Он опять стратегически помолчал и вздохнул. — Эх, черт, наверное, я пальцем в небо попал. Забудь. Я придумаю что-нибудь получше.

— У тебя там дождь все еще льет?

— Нет, здесь солнечно.

— И у нас тоже. От всего пар валит. Дышать чертовски тяжело. — Она тоже многозначительно помолчала и спросила, когда он собирается возвращаться.

— Через пару дней.

— Как ты себя чувствуешь?

— Хорошо, честное слово. Встал поздно. Пробежался с утра. Разогнал из головы всех тараканов. Тут-то мне и пришла идея снова проверить всех этих парней. Но если тебе кажется, что от этого никакой пользы…

— Я этого не говорила.

— Зато подумала.

— Да нет, я все проверю, — нехотя согласилась она. — Хоть какое-то занятие. Все равно делать больше нечего.

Наверное, она рада, что он так быстро переключился на Савича. Дункану стало стыдно — он ею манипулировал. Но только слегка.