Он протянул громадную плоскую ладонь и налил себе виски в стакан, из которого пил Карр.

Краска на стенах облупилась. В дальнем конце каюты Карр заметил плиту, шкафчик, рукомойник и ржавый бачок с водой. На веревке сушилась выстиранная одежда. Рядом с дверью стоял книжный шкаф, сколоченный из деревянных ящиков. На полках - толстые тома. На стенах - фотографии известных боксеров и дешевые репродукции гравюр Гойи и Доре.

Капитан плеснул себе еще немного виски, уселся на серый некрашеный стул и пристально посмотрел на Карра.

– Как тебе удалось перейти грань?
– Он сидел, опираясь локтями о колени.
– Большинству людей это не под силу.
– Он помолчал, словно давая Карру возможность хорошенько осмыслить сказанное.
– Меня зовут Джул. Старый Джул. Раньше я был матросом, но мне нравилось размышлять. Я ходил в библиотеку и брал там книги. Философия, метафизика.
– Джул тщательно выговаривал слова.
– Наука, немного религии. Я читал их и пытался понять мир. Для чего он создан? Почему я здесь? Зачем человек рождается, работает и умирает?

И почему все так чертовски сложно? Зачем строить, а потом разрушать? Зачем нужны города, автобусы, автомобили и огромные коробки из стали и стекла, уходящие в самые небеса? Почему все так сложно, что человек вроде меня не в силах разобраться в смысле происходящего?

Карр слушал его сквозь туман. Виски начало действовать. Голова уже болела не так сильно.

– Наконец, почему люди не являются частью мира?
– продолжал Джул.
– Почему ни на что не реагируют? Да, вот что мне показалось важным - их реакция. Почему они проживают свою жизнь, оставаясь мертвыми, но делают все так тщательно и скрупулезно, словно на занятиях в воскресной школе?

Джул почесал в затылке и придвинул стул поближе.

– А потом я нашел ответ в одной научной книге. Очевидный - только вот никто его почему-то не видит. На самом деле все мертвы. В головах подавляющего большинства людей нет настоящих мыслей - только нервы, винтики и колесики. Разум, любовь или страх не нужны, чтобы объяснить порядок вещей. Вселенная - звезды, люди, земля, червяки и атомы - это жестко запрограммированная система.

Он допил свое виски.

Карр почувствовал облегчение - впервые кто-то сумел объяснить ужас последних дней.

– И тогда я все понял, - продолжал капитан баржи.
– Мне стало ясно, почему люди ни на что не реагируют. Они ведь просто биологические машины. Боксеры - биороботы, специально сделанные для бокса. Зрители - роботы, которые кричат и топают ногами. Женщина - машина, созданная для любви так, чтобы доставить тебе удовольствие… но самая далекая звезда гораздо ближе к тебе, чем разум той, которую ты целуешь.

Ты понял, о чем я говорю? Люди суть машины, созданные для того, чтобы выполнить определенную работу и умереть. И если ты остаешься частью системы, с тобой все будет в порядке. Но если ты начинаешь действовать самостоятельно, другие люди перестают на тебя реагировать. И продолжают делать то, для чего предназначены. А ты остаешься в одиночестве!

Он налил себе еще одну порцию виски.

– Совсем один. За исключением горстки других - боюсь, их не больше одного человека на каждые сто тысяч, - тех, кто каким-то чудом проснулся и все понял. Многие из них сходят с ума и гибнут, а иные становятся злодеями. Пожалуй, таких большинство. Они получают удовлетворение, издеваясь над теми, кто не в состоянии им ответить. Маленькие группы по три или четыре человека, максимум - полдюжины, и они разбросаны по всему миру.

Пара полицейских в Сан-Франциско, учительница в Канзасе, несколько актеров в Нью-Йорке, богатые парни во Флориде, предприниматели в Лондоне обнаружили, что почти все люди - это ходячие машины и с ними можно обращаться, как тебе заблагорассудится. Серьезные преступления они совершать боятся - ведь система кормит и поит их. Кроме того, они опасаются других банд. Но и от мелких мерзостей они получают удовольствие.

Ты когда-нибудь видел, как продавец одевает манекен? Ну, представь себе, что кукла отвесит ему пощечину. Или ребенок, втыкающий булавки в игрушечную кошку и бросающий перец в глаза плюшевому медведю. Подло и отвратительно. Ни один достойный человек не захочет иметь с такими людьми ничего общего. Что же ему остается, этому приличному человеку? Два варианта: либо вернуться и занять свое место в системе, либо прятаться, как я, и жить тихо, не привлекая к себе внимания.

Он взглянул на Карра из-под густых бровей.

– А что собираешься делать ты? Ты молод. Почему бы тебе не вернуться на свое место в системе?

Карр попытался приподняться. Каюта немедленно поплыла у него перед глазами.

– Я не могу, - услышал Карр собственный шепот, - потому что те, кто за мной гонится, меня знают. И есть девушка. Им известно о ней все… если, конечно-, они ее еще не нашли.

Капитан наклонился вперед.

– Кто? Какая банда? Как они выглядят?

Карр принялся описывать мисс Хэкмен, мистера Вильсона и Дри-сколла Эймса. Капитан прервал его.