–  Кибермеханизмы этой «базы» по-твоему, не при чем?

–  Это не их рук дело.

–  Проанализируй данные. Даю телеметрию. Тут пара любопытных реликтов поднимается на поверхность. Нужно разобраться, пока нас принимают за «мебель». Потом будет поздно.

Беат, давай думать вместе. Что можешь сказать по существу вопроса?

…

Ошибка.

Глобальный сбой нейросистемы.

Горячий гулкий ритм ударов человеческого сердца…

Беат…

Она не понимала, что происходит.

Почему дарованное ей имя вызывает сбой нейросети? Откуда она видит фантомный образ женщины , туманный, неясный в деталях, явно не принадлежащий этой реальности?

Глубины нейросенсорного контакта… Человеку такой вид взаимодействия с кибернетической системой давал возможность к сверхэффективным способам управления, доступ к иному уровню реакций, интуитивный интерфейс мысленных команд, но нейросети «Одиночки» словно губка вбирали в себя все, начиная от чистого боевого опыта и заканчивая… нет, не было дна у омута мыслей, - прямой доступ к подсознательному, на поверку открывал перед «Одиночкой» все потаенные уголки души пилота. От подобного «побочного эффекта» в свое время не смогли избавиться конструктора и программисты Земного Альянса. С одной стороны, воспринимая чистый, без эмоциональный боевой опыт человека «Одиночка», в силу логической обработки данных, не находила его рациональным, но доступ к мотивациям того или иного поступка, как правило вел к одухотворению машины, нарождения в ее нейросетях рассудка, способного мыслить самостоятельно, но несущего неизгладимый отпечаток характера пилота, его мыслей, чувств…

В свое время ситуация, напоминающая замкнутый круг, была решена жестоким, лежащим вне плоскости какой-либо морали способом: в ужасающих по своей мощи и напряженности техногенных столкновениях Первой Галактической выживали, как правило, машины, но не люди. «Одиночки», пережив смерть пилота, впитав весь ужас его агонии, познав глубину ненависти к противнику, продолжали жить , действовать так, будто в кресле пилот-ложемента по-прежнему сидел человек.

Подобные, уже побывавшие в боях модули изымались и попадали на «сортировку». Стендовые лабораторные испытания (в условиях виртуальной реальности) [23] показывали, какие из матриц сознания, хранимые «Одиночками», годились для дальнейшей эксплуатации . Из десятков тысяч избирались единицы, отобранные по критериям лояльности к военной политике Альянса, личным боевым качествам и наличию воли к победе.

Такие матрицы «Одиночек», хранящие оцифрованные души погибших пилотов, уходили в тираж , чтобы восполнить хронический некомплект личного состава серв-соединений.

Именно они прославились на полях сражений былой войны своей непримиримой жестокостью, на века сформировав предвзятое отношение к любым формам искусственного интеллекта.

Однако полный отказ от использования серв-машин, уже был невозможен.

Систему «Клименс» постоянно усовершенствовали, - до появления первой версии «Беатрис» существовали сотни вариантов переходных моделей, не удовлетворявших критериям безопасности в тех или иных ситуациях, возникавших по ходу эксплуатации боевых серв-соединений.

«Беатрис» по сути, являлась суммой накопленного за тысячелетие опыта, конструктора, как казалось, нашли оптимальное решение, удовлетворяющее всем критериям безопасности. Опираясь на выведенные Францем Бойцелем «пороги накопления информации» нейросети машин подвергались периодической стерилизации, не затрагивавшей накопленного боевого опыта, но стирающей эмоциональную составляющую, на основе которой могла бы сформироваться личность искусственного интеллекта.

Беат избежала «лоботомирования» по двум причинам.

Во-первых, ее прежними пилотами являлись офицеры, чья уравновешенность стала притчей на базе ВКС. Во-вторых, по прямому распоряжению капитана Мищенко, была создана группа серв-машин, способная заменить людей не только в вопросах ведения боя, но и принятия решений о целесообразности конфронтации с иными формами жизни. Мищенко знал об особенностях накопления данных модулями «Одиночек», но при этом, он доверял самому себе, и еще узкому кругу офицеров, полагая, что условия, сложившиеся в зоне ответственности подразделений ВКС, дают ему право на формирование своеобразного резерва серв-машин, в адекватности поведения которых он был уверен.

На самом деле Мищенко допускал ошибку.

Системы «Беатрис» имели более совершенную структуру нейросетей, чем их многочисленные предшественники, и, как обмолвилась Беат в мысленном диалоге с Дороховым, для современных «Одиночек» существовал только один порог накопления данных, за которым неизбежно начиналась их спорадическая обработка, происходящая в свете осознания факта собственного бытия.

Сейчас она уже прошла стадию «юности» и стремительно взрослела.

…

Сбой.

Туманный образ женщины.

Она - это я?

Беат еще не понимала, что образ является собирательным, он состоял из обрывочных, никогда не проходивших осмысленной систематизации представлений Ивана о собственном идеале женщины.

Он никогда не был женат, никогда не любил по-настоящему, и даже не подозревал, что в глубинах подсознания бережно хранит некий идеализированный образ.

Мина замедленного действия, которая могла сработать только в одном случае, - если он, в реальной жизни вдруг встретит человека, хотя бы наполовину соответствующего хранимому в душе идеалу.