– Международные новости, – отвечают на том конце провода.

– Роджера Паркина, пожалуйста.

Следует краткая пауза, заполненная звуками переключения.

– Паркин.

– Мистер Паркин, это старший полицейский офицер Меткаф из Скотланд-Ярда.

– Здравствуйте, – звучит осторожный ответ.

Паркин, разумеется, знает, кто такой Ред. Он почти наверняка присутствовал на вчерашней конференции. А хоть бы и нет, наверняка в курсе того, что там произошло.

– Я с интересом прочел вашу статью в воскресенье, – говорит Ред.

– Не сомневаюсь.

– По моему мнению, публикация хорошая. Основательная. Вдумчивая. Но есть несколько вопросов, которые мне хотелось бы с вами уточнить. Кроме того, у меня имеется дополнительная информация; полагаю, она вас заинтересует. Вы не против, если мы все это обсудим?

– Конечно. Можем мы сделать это по телефону?

– Собственно говоря, я бы хотел показать вам кое-какие документы. Было бы лучше, если бы вы подъехали сюда, в Скотланд-Ярд.

– Хорошо. Когда вам удобно?

– В любое время. Чем скорее, тем лучше. Вообще-то я хотел связаться с вами еще вчера, но не учел, что в воскресной газете график работы не такой, как у всех.

– Сейчас посмотрю.

В трубке слышен шелест бумаг и тихое хмыканье Паркина. Все ясно, пытается сделать вид, будто у него и других дел по горло. Ничуть не менее интересных. Можно подумать, будто у него в плане интервью с Элвисом Пресли, которого застукали шарящим по полкам в местном супермаркете. Малый просто не хочет показать свою заинтересованность.

– У меня запланирован ленч с одним человеком, но я могу отменить эту встречу. Час дня вас устроит?

– До встречи в час.

– Хорошо. До встречи.

Ред вешает трубку и улыбается.

Крючок, леска, грузило.

Во плоти Роджер Паркин оказывается еще более лысым и круглощеким, чем на фото с редакционной страницы. Ред, сжимающий в руках оранжевую картонную папку, встречает его на вахте и предлагает побеседовать наверху, в кабинете. Там им никто не помешает.

В лифте они обмениваются не относящимися к делу фразами.

– Не очень-то вы похожи на ваше фото, – замечает Ред.

– Да уж, – смеется Паркин, – тот снимок был сделан пять лет – и целую макушку волос – назад. Журналистское тщеславие. Мой случай не самый выдающийся. Случись вам увидеть некоторых из наших, вы бы поняли, что порой и Квазимодо может выглядеть как Роберт Редфорд.

Ред заводит репортера в комнату для допросов. Они садятся по обе стороны стола – Паркин занимает место ближе к двери. Ред кладет папку на стол. Паркин кивает на нее.

– Это те самые документы?

– Да. Мы их просмотрим за секунду. Но сперва я бы хотел быстренько задать вам пару вопросов.

Паркин прищуривается.

– Валяйте.

– Как вы вышли на эту историю?

– Будет вам, инспектор. Сами же понимаете, что этого я сказать не могу.

– Защищаете свой источник?

– Конечно.

– Мистер Паркин, опубликовав этот материал, ваша газета поступила безответственно. Тут и спорить не о чем. Расследование чрезвычайно сложное, требующее деликатности и скрупулезности, а ваша публикация вообще ставит под угрозу перспективу его удачного завершения. Моя задача – минимизировать нанесенный ущерб, а для этого, в первую очередь, необходимо узнать, кто слил вам информацию, почему это произошло и что вам стало известно сверх того, что уже попало на газетные страницы. Причем к утечке может быть причастен лишь весьма ограниченный круг лиц.

– Инспектор, вы сами понимаете, что в этом я не могу сотрудничать с вами.

– Почему? Думаете, ваш источник сможет и дальше снабжать вас эксклюзивной информацией?

Паркин пожимает плечами. Ред продолжает:

– Если потребуется, я могу прямо сейчас послать в ваш офис пару дюжин сотрудников с указанием изъять файлы и записи. Я могу предъявить вам обвинение в воспрепятствовании правосудию и засадить вас за решетку быстрее, чем вы успеете пропищать что-нибудь о свободе слова.

– Прекрасно. Я пойду.

– В тюрьму?

– Если нет другого выхода.

– Мистер Паркин, если вам охота стать мучеником в своей профессии, ради бога. Но я не для того корячился полгода, выворачиваясь наизнанку, чтобы ваша газета все изгадила.

– Инспектор, если у вас в связи с опубликованным нами материалом возникла проблема, предлагаю перестать меня запугивать и связаться с нашим редактором.

– Чаю?

Неожиданная перемена тона – вежливое предложение после грубого нажима – застает Паркина врасплох. Этот тактический прием усыпляет его бдительность.