Вот теперь наступил конец. Когда кинологи расцепили псов, они оба еще были живы. Но даже неискушенному зрителю с ватой вместо мозгов было совершенно ясно – ни одна ветеринарная клиника не возьмется за лечение и не сможет вернуть несчастных животных к полноценной жизни. А кормить инвалидов на халяву, без отдачи, никто из профессиональных дрессировщиков не станет. Единственный вариант – это укол, вызывающий паралич дыхательной системы и, как следствие, быструю смерть.

Серж взял микрофон и громогласно объявил победителя схватки – бультерьера по кличке Брэк.

– Я хочу выпить, – сказала Лиза и потащила меня к барной стойке. Я не сопротивлялся. Я понял – выигрыш и проигрыш тут абсолютно ни при чем. Я просто сам изменился, стал другим. Сегодня ночью мне впервые за все время посещений клуба стало противно от того, что я увидел. И я твердо поклялся – ноги моей здесь больше не будет.

Накатив залпом стакан и проводив плотоядным взглядом направившуюся в женскую комнату Лизу, я прислушался к ощущениям своего организма и понял, что сегодня, как и прошедшей ночью, мне хочется накачаться до положения риз. Мой бумажник неожиданно пополнился двумя тысячами баксов, и этот факт вселял оптимизм, по крайней мере, на ближайшие пару дней. Пора было немного подкрепиться, и я заказал у Кости мой любимый салат из кукурузы с помидорами, оливки, а к ним – еще один коктейль «отвертка» для меня и кампари – для Лизы. Кушать прямо у стойки бара было стремно и не солидно, поэтому я попросил друга принести еду на единственный свободный в клубе столик, который отыскался в дальнем углу зала.

Аккурат рядом с бандитским финансистом и его компанией.

Костя нахмурился, но ничего не сказал. Просто подозвал одну из официанток, передал ей мой заказ и снова занял место за стойкой.

В зале уже ничто не напоминало о собачьих боях. Стараниями подсобных рабочих ринг в считаные минуты превратился в залитую светом разноцветных софитов сцену для музыкантов, на которой уже вовсю лабали свой бессмертный шлягер про коней в яблоках группа «Электроклуб» и ее солист Витя Салтыков. После двух часов ночи началась дискотека. Разогретые адреналином и алкоголем гости оттягивались на полную катушку. Третьим этапом развлекательной программы, как правило, был стриптиз. Когда – женский, а когда и мужской. Одним словом – скучать гостям и членам клуба не приходилось.

Я спрыгнул с высокого барного стула, пересек по краю колышущуюся, словно штормовое море, танцевальную площадку, где в компании жен, подруг и путан самозабвенно предавались трясучке десятка три так называемых ВИП-персон, поздоровался за руку со своим двоюродным братом Владом и зарулил в дальний угол зала, где непринужденно развалился, вытянув ноги, за свободным столиком и стал шарить в карманах в поисках зажигалки.

Но не успел я прикурить, как возле моих ботинок заметил еще четыре. Так, начинается… Я поднял взгляд и сразу же принялся мысленно прикидывать, чем успел не угодить двум огромным мордоворотам с глубокой печатью отсутствия интеллекта на физиономиях. Типажи, что и говорить, были колоритнейшие. Хоть прямо сейчас грузи в быковоз с мясокомбината и вези на съемочную площадку «Ленфильма». Амбалы словно выросли из-под земли и смотрели на меня, не моргая, с таким выражении, с которым никогда не рассказывают анекдоты.

Телохранители «папы». Почему я до сих пор их не замечал? Классно работают.

– Здесь занято, – металлическим голосом сообщил один из парней, а второй покосился влево. Я проследил за его взглядом и уткнулся в широкую спину Станислава Браташа. Он медленно поворачивался на сто восемьдесят градусов. На меня испытующе смотрели из-под кустистых седеющих бровей два желтоватых, глубоко посаженных глаза.

Я мысленно выругался, а вслух вежливо сказал:

– Извините, но здесь нет таблички насчет резервирования.

– Ты плохо понял, мужик? – глаза первого телохранителя недобро сузились. – Я сказал, вали отсюда. Бегом.

И тут случилось чудо.

– Оставьте его! – послышался властный голос Браташа. – Мы уже закончили, пусть сидит… – Толстяк небрежно махнул короткими пухлыми пальцами, и бравые мордовороты исчезли так же быстро, как и появились.

– Спасибо, – буркнул я и даже набрался наглости кивнуть, в упор глядя на воротилу. – Я не знал, что…

– Расслабься, – Браташ снова махнул растопыренной пятерней, окинув меня с головы до ног цепким взглядом. – Курить есть?

– «Мальборо-лайт», – я послушно достал пачку, открыл, встал и протянул ее финансисту. Подождал, пока он вытянет и вставит в зубы сигарету, после чего поднес к ней горящую зажигалку и наконец-то закурил сам.

– Ты кто такой будешь, земеля? – жадно затянувшись, спросил Браташ. Сидящие с ним за одним столом эстонец, переводчица и юное создание – все они тоже с интересом разглядывали меня и молчали. Я впервые увидел эти огромные карие глаза так близко, и у меня снова перехватило дыхание. Господи, Стрельников, что ты делаешь?!

– Так, машинами из Америки торгую, – я заставил себя улыбнуться, но не был уверен, что это получилось.

– Мы случайно раньше с тобой не встречались? Я тебя определенно где-то видел, но вот не могу вспомнить, где именно. Как тебя звать?

– Денис.

– А фамилия?

– Стрельников.

– Как, ты говоришь, твоя фирма называется? – прищурился Браташ.

– Она не моя, а Бори Моисевича. «Фортуна ЛТД».

Подошел Костя с подносом и с изумлении уставился на меня, мирно беседующего с известным теневым воротилой.