Еще в тюрьме Охотник узнал о том, что Фолк выжил и оправился после той дуэли, но больше он не знал о нем ничего. Несколько раз, еще до того, как стать членом Братства, он порывался отправиться в Новый Орлеан, но так и не решился на это: слишком многие там помнили его. В результате теперь он довольно смутно представлял себе человека, отомстить которому стало делом его жизни...

Ах, месть, месть, какой же ты бываешь сладкой! Охотник улыбнулся. В голове его начал быстро складываться новый план мести. Когда-то он был красивым парнем и нравился женщинам. А что, если попытаться использовать свои старые чары? Заставить Блисс заново влюбиться в него! Пусть когда-то ее любовь наполовину состояла из лжи, что-то она все-таки чувствовала. Ни одна женщина не смогла бы так притворяться! Охотник почти не сомневался, что сумеет соблазнить Блисс, а затем вернет ее женишку – но не одну, а с зачатым от пирата ребенком, который уже будет у нее под сердцем.

Охотник весело рассмеялся. Отличный план! Единственная помеха – Гаспарилла. Если он узнает, что Охотник не выполнил его поручения и вернул пленницу с запозданием, будет буря... Но любую бурю можно предотвратить, если действовать умеючи. Надо только сделать так, чтобы Гаспарилле не к чему было придраться.

– Переложи курс на Сосновый остров, Грин, – скомандовал Охотник своему рулевому.

Грин бросил на него удивленный взгляд.

– На Сосновый остров, Охотник, я не ослышался? Ты правда хочешь направиться именно гуда? Но Гаспарилле это вряд ли понравится.

– Экипаж устал и заслуживает короткого отдыха на берегу с женами и детьми. А «Ястреб» срочно нуждается в ремонте. Нужно очистить днище от раковин и наростов – у нас плохой ход.

– Но пленница...

– За нее теперь отвечаю только я. И я отвезу ее родственникам – когда буду готов сделать это.

Грин понимающе усмехнулся.

– Вот оно что! Красивая девка, согласен. Завидую вам, капитан.

Блисс смахнула кончиком пальца слезинку со щеки. Тяжелее всего было ощущать собственное бессилие. Похоже, Охотник все-таки отвезет ее на Кубу. О боже! Как же это далеко от ее сына!

Блисс отворила раздвижные двери в задней стене каюты и вышла на открытую площадку. День стоял чудесный – солнечный и тихий. Легкий ветерок шелестел в вантах. Блисс посмотрела на ровную, спокойную синеву у себя под ногами.

«А что, если прыгнуть сейчас за борт и попытаться доплыть до ближайшего острова? – подумала она. – Островов здесь тьма-тьмущая: ведь мы проплываем вдоль побережья Флориды. У меня есть все шансы доплыть. Правда, что делать дальше? Сбежать от одних пиратов только для того, чтобы попасть в руки другим?»

Она тяжело вздохнула и снова принялась размышлять о человеке по имени Охотник. Кто он на самом деле? Непонятно. Весь в черном, с повязкой на глазу... Прямо какой-то дьявол во плоти! А единственный его глаз такого серебристого цвета...

Блисс вдруг снова почувствовала себя так, словно пытается вспомнить то, что уже происходило когда-то в ее жизни. Что-то такое, что она уже видела, знала – и забыла. Французы называют это чувство дежа вю.

Странное чувство. Все кажется знакомым, но никак не можешь вспомнить, где это было и когда, хотя знаешь наверняка, что было. Даже запах Охотника казался ей до боли знакомым... Нет, что-то здесь не то. Если бы она когда-нибудь прежде увидела этого человека, то уж точно не забыла бы его.

Ах, дежа вю, дежа вю!

– Надеюсь, вы не собираетесь прыгнуть за борт, а? Блисс испуганно вздрогнула: Охотник подошел совершенно неслышно. Как говорится, легок на помине.

– Если честно, я подумывала об этом, – призналась она.

– Напрасный труд. Я – прекрасный пловец, от меня вам не уйти, догоню сразу же.

– Ну как, вы не надумали уважить мою просьбу?

– Надумал.

Блисс не очень понравилось выражение серебристого глаза, которым смотрел на нее Охотник, но она решила не придавать этому особого значения.

– Вы отвезете меня в Мобиль?

– Я этого не говорил.

Настроение у Блисс сразу же упало. Что еще за игру затеял с ней этот черный дьявол? Неужели опять развлекается?

– Ну, если не в Мобиль, тогда отвезите меня в Новый Орлеан! – с последней надеждой воскликнула Блисс.

– Не имею ни малейшего желания везти вас в Новый Орлеан, – ответил Охотник.

Этого Блисс уже вынести не могла. Не помня себя от гнева, она замолотила кулачками по груди Охотника и неистово закричала:

– Что вы за человек?! И вообще, человек ли вы? У вас и впрямь нет сердца! Вы забавляетесь, глядя на мои мучения!

Такая вспышка оказалась неожиданностью для Охотника, и прошло несколько секунд, прежде чем он легко обхватил оба запястья Блисс своей широкой ладонью.

– А ведь я вас предупреждал! Никогда не путайте меня с теми людьми, которых знали когда-либо прежде. Я лишился сердца много лет тому назад, и у меня ни к кому нет сострадания. В своей жизни я творил такие дела, что вы пришли бы в ужас, узнав о них. Я и сам порой прихожу в ужас... И запомните еще одно: я всегда делаю только то, чего желаю сам, и никогда не пляшу под чью-то дудку!