Мужчина наклонился поближе.

– Любимая, ты совсем свела меня с ума, и я не... – Затем Шона осенило. Мария беременна. – Ты уже... у тебя будет ребенок?

Все вокруг стихли и повернулись к Марии. Та кивнула.

– Да, у нас будет ребенок.

Шон сжал девушку и крепко ее поцеловал.

– Я люблю тебя, – прошептал он.

– Я тоже тебя люблю. Ты рад?

Шон тяжело вздохнул, не в силах описать свои чувства.

– Да, как никогда в жизни, – прошептал он, еще сильнее сжимая Марию в объятиях. – Может быть, это именно то, что нужно. – Он обратился ко всем: – Я знаю, это непривычно, когда жених произносит тост, но сейчас немного непривычны и обстоятельства. За мою жену, единственную женщину, которую я когда-либо любил. – Потом Шон посмотрел прямо на Курта Истона. – Она нашла способ покончить с враждой. – Он поднял бокал выше. – За мать моего ребенка. За следующее поколение. За нашего ребенка, который принесет только любовь нашим семьям.

Шон снова поцеловал жену, и все кинулись их поздравлять. Он уже не думал о Курте, семейной вражде или строительном проекте. Единственное, что волновало Шона сейчас, – его собственный рай, который он держал в объятиях.

Шесть недель спустя Шон наблюдал за тем, как Нейт танцует с Марией в клубе «Хейвен Кантри». Хотя им с Марией и удалось отговорить Шерил Истон от повторения брачной церемонии, все же было решено организовать небольшой праздник. И вот Шон, во взятом напрокат смокинге, сидел в клубе и смотрел на то, как его красавица жена танцует.

На ней было то самое розовое платье, которое было куплено в Лас-Вегасе и в котором они поженились.

Музыка закончилась, и Шон сразу же подошел к паре. Нейт хмуро посмотрел на него.

– Я же сказал, что позабочусь о ней. Я же знаю, как себя вести с будущими матерями.

– Разумеется, знаешь, – заверила его Мария. Защитный инстинкт взял верх над Шоном, и он прижал к себе жену.

– Я хочу быть единственным, кто заботится о тебе.

– И ты замечательно с этим справляешься, – Мария стала серьезнее. – Шон, мы же с тобой уже об этом говорили. Я не хочу, чтобы ты меня опекал.

Зазвучала медленная мелодия, и Шон обнял свою жену.

– Мне нравится оберегать тебя, Мария. Я люблю тебя.

– Я тоже тебя люблю. И ты просто замечательно обо мне заботишься.

– Тогда скажи это своему отцу. Он смотрит на меня, словно ястреб. Курт пообещал, что если я не буду должным образ о тебе заботиться, то он меня закопает.

Глаза Марии загорелись.

– Я так рада, что вы с папой общаетесь. Ну, хоть немного.

Шон заставил себя улыбнуться.

– Да, мы над этим работаем.

Шон сомневался, что когда-либо будет испытывать теплые и нежные чувства к этому человеку. Но между ними наступило перемирие, хотя Курт сразу же решил, что Шон никогда не будет достоин его дочери.

Мужчина притянул свою жену ближе.

– Мария, я докажу твоему отцу, что он ошибается.

Она слегка отстранилась и улыбнулась.

– Единственный человек, которому ты должен что-либо доказывать, – это ты сам. За последние два года ты уже столько сделал! Проект «Парадайз» почти закончен, большинство домов уже проданы. Инвесторы ждут, когда строительная компания «Хантер» начнет новый проект. Я бы сказала, что ты просто мастер.

Следующие шесть месяцев Шон планировал провести в Лас-Вегасе.

– Да. Мы оба настоящие мастера, – сказал мужчина и слегка отстранился в такт музыке. – Мария, ты мой партнер во всем.

Мария никогда в жизни не испытывала столько счастья. У нее был Шон, ребенок и целая жизнь вместе.

– Меня только беспокоит, где мы будем жить. Моя квартира слишком мала, – начал Шон.

Жена снова поцеловала его.

– Мой дом там, где ты. И у нас еще целых шесть месяцев, чтобы найти другое жилье.

– Именно об этом я и хотел с тобой поговорить, – подхватил Шон, затем огляделся. – Ох, хотел бы я знать, что им теперь надо, – он кивнул через плечо. Мария посмотрела, куда указал Шон, и увидела, как к ним приближается семья Хантеров. – Думаю, нам пора сматываться.

– Шон, это невежливо. Твоя семья просто желает разделить наше счастье.

Он застонал.

– Хорошо. Но мы уйдем отсюда через десять минут, – Шон сексуально подмигнул Марии. – Наш медовый месяц продолжается.

Перед тем, как Мария успела что-либо ответить, к ним подошли его мама, Сэм, Нейт и Тори, возглавляемые Эмили.

– Шон, Мария, вы не поверите, кто будет сниматься в моем фильме!

– Том Круз? – поддразнил Шон.

– Нет. Кэмден Питерс, – сказала Эмили.

– Кэмден Питерс! – вздохнула Мария.

– Это замечательно, – произнесла Тори. – Он такой сексуальный!

Шон покосился на брата. Нейт был ненамного счастливее, чем он сам, оттого, что их жен так взволновал какой-то актеришка.

– Эй, я слышал, ему почти сорок, – заметил Шон.

Его мама посмотрела на него.

– Мужчины с возрастом становятся только интереснее. А возраст у Кэмдена Питерса самый лучший.