Стражник шагнул навстречу. В этом заключалась его ошибка. В воздухе мелькнула полоска кожи и обвилась вокруг его шеи. Как бы продолжая движение, Поль перехватил второй конец и затянул удавку.

Все дело заняло несколько секунд. Стражник тяжело опустился на землю. Фонарь разбился, ярко брызнуло горящее масло.

— Избавься от него, Луис. — Поль презрительно показал в сторону темного переулка, откуда появился стражник. Ногой загасил пламя и спихнул еще шипящую лампу в грязную придорожную канаву.

Луис оттащил тело в переулок, прислонил к стене, и мертвец, слившись с темной грязью, сделался невидимым. Его обнаружат через день или два — еще одно из нераскрытых преступлений на лондонских задворках. Другие стражники только пожмут плечами.

— Ах, Паоло, неужели это было необходимо? — упрекнул компаньона Луис.

Убийца свернул удавку и спрятал обратно в карман.

— Он меня разозлил. Я решил, что так надо. — Поль двинулся дальше, Луис поспешил вслед за ним.

Умный человек не перебежит Полю дорогу. Вот уж нет!

Больше по пути им никто не попался, и заговорщики свернули на Маунт-стрит в тот самый момент, когда облака удачно закрыли луну.

— Сами боги благоволят нашему маленькому предприятию, — заметил Поль. Он ощущал в теле легкость, словно сбросил часть веса.

— Сюда! — Луис увлек его в проход между домом Эммы и соседним домом. Ветви березы нависали над стеной. Луис поставил саквояж, с неожиданной ловкостью вскарабкался по стене и уцепился за дерево.

— Ну как, свет есть? — тихо спросил Поль.

— Темно как в могиле, — ответил Луис и в ту же секунду понял, что, если вспомнить об их недавней встрече со стражником, сравнение получилось неудачным. — Кидай сюда саквояж. — Легко поймав, он перебросил его через стену. Затем отпустил ветки и сам спрыгнул на мягкую землю. Не успел Луис нагнуться за саквояжем, как Поль оказался рядом и, что-то прикидывая, стал всматриваться в темную махину дома.

— Ее спальня смотрит окнами на улицу. Но должна быть гардеробная или будуар. Осмотрим сначала их.

Согнувшись в три погибели, он метнулся по газону к стеклянной двери музыкальной комнаты. Но там посторонился и дал место Луису. Тот считался непревзойденным специалистом по открыванию замков.

— Здесь шпингалет, — пробормотал взломщик. — Придется разбить верхнее стекло.

— Тогда действуй. — Поль нетерпеливо посмотрел на окна верхнего этажа. Время подходило к трем часам — никто не должен проснуться.

Луис размазал патоку по бумаге и приклеил ее к оконному стеклу. Затем надавил на стекло ломиком. Стекло, пристав к бумаге, треснуло почти беззвучно. Взломщик осторожно вынул его из рамы и кинул на траву. Потом дотянулся до шпингалета. Возня с хлипкой задвижкой заняла не больше минуты, и дверь распахнулась в темную музыкальную комнату.

Теперь впереди снова оказался Поль. Он пересек комнату и направился к двери, которая вела в главный коридор. В канделябре догорала свеча, но света от пламени хватало, чтобы разглядеть винтовую лестницу.

Поль кивнул подошедшему Луису и переступил порог. Затем, беззвучно прижимаясь к стене, двинулся вперед. Дом хранил гробовое молчание. Перед тем как наступить на очередную ступеньку, Поль пробовал, не скрипнет ли доска, и шел на цыпочках вплотную к перилам. Луис поднимался за ним след в след.

На верхней площадке Поль остановился перевести дыхание и прислушался, стараясь уловить самый мимолетный шорох. Здесь путь разветвлялся направо и налево. Коридор вел к комнатам, которые выходили в сад, и поэтому не представлял интереса. Но на саму площадку смотрели красивые двойные двери. Поль представил фасад дома, который так старательно изучал заранее, и понял, что Эмма спит именно за этими дверями.

Стоит оказаться за ними, и у него будет вдоволь времени для самого тщательного обыска. Эмма еще долго не проснется, а в доме поднимутся самое раннее в половине шестого.

Поль пересек площадку и положил ладонь на золоченую ручку. Луис шел за своим компаньоном по пятам, слыша его учащенное дыхание. Ручка повернулась без скрипа, и дверь отворилась.

Спальню освещал мягкий свет от искусно сложенных в камине дров. Поль прижался к стене, пропустил Луиса и беззвучно закрыл за собой дверь. Ни один из них не двигался, пока в воздухе не улеглось вызванное их появлением волнение. Тогда они расслышали раздававшееся с кровати с балдахином посапывание и поскрипывание матрасных шнуров, когда Эмма ворочалась во сне.