Николас встал с постели.

— Что вы имеете в виду? — растерянно спросила Полли.

— Я предвидел нечто подобное, но не думал, что это произойдет так скоро. Мне давно надо было уехать из Лондона.

— Но почему? — пыталась найти ответ Полли. — Что они хотят сделать с вами, любовь моя? Может быть, они разберутся и отпустят вас?

Девушка умоляюще смотрела на Ника своими огромными глазами, напоминая ему маленького зверька, попавшего в капкан. Он взял ее руки и прижал к своим губам.

— Сходи к Де Винтеру и расскажи ему все. Он, я думаю, сумеет защитить тебя. И не забудь сообщить, что на документе стояла подпись герцога Букингемского.

Слушая спокойный голос Ника, Полли вспомнила слова Джорджа Виллерса: «Все и вся имеет свою цену. И я хотел бы узнать вашу». Как наивна она была, думая, что герцог сказал это просто так, для красного словца! Арест Николаса, как ей стало ясно, — одно из звеньев бесчестного плана этого вельможи.

Ник между тем просил ее не падать духом, говорил, что у него много друзей, которые попытаются выручить его, и что до суда он, вероятнее всего, так и не узнает конкретную причину своего ареста и, следовательно, не сможет заранее подготовить защиту.

Их разговор был прерван настойчивым стуком в дверь. Николас торопливо поцеловал Полли прощальным поцелуем и, закутав ее в одеяло, сказал:

— Не теряй надежды, дорогая моя! И доверься Ричарду: он позаботится о тебе.

Дверь открылась, и в спальню вошел лейтенант со своей группой.

— Вы готовы, милорд? — спросил он.

— Да, — ответил Николас, беря накидку.

— Должен просить вас отдать мне шпагу, милорд!

Поколебавшись немного, Николас отстегнул оружие и протянул лейтенанту.

У двери, не выдержав, он обернулся. Полли, закутанная в одеяло, сидела на постели с несчастным, растерянным видом. Ощутив внезапно страстное желание еще раз обнять ее, Ник шагнул назад, в глубь комнаты. Офицер, пытаясь остановить его, положил руку ему на плечо, но лорд Кинкейд, пробормотав проклятия, тотчас сбросил ее. И тогда лейтенант выхватил из ножен шпагу.

Полли, отбросив все страхи, вскочила с постели. Глаза ее сверкали.

— Все будет хорошо, любовь моя! — произнесла она, подбежав к Нику. — Не беспокойтесь обо мне. Вы должны думать сейчас только о том, как доказать свою невиновность. — И, повернувшись к лейтенанту, сказала презрительно: — Уберите шпагу, сударь, она вам не понадобится: перед вами безоружная женщина!

— Браво, дорогая моя! — воскликнул Николас. — Скажи, ты сделаешь то, о чем я просил?

— Непременно, — заверила его Полли. — Я уже оправилась от испуга.

Ника увели. Да он и сам не желал продлевать тяжелое прощание, которое могло оказаться последним.

Полли, подбежав к окну, увидела, как пленник с конвоем сели в карету, солдаты вскочили на коней, и зловещая кавалькада двинулась по темной еще улице в сторону Тауэра.

В одно из ужасных мгновений девушка представила себе вдруг эшафот на Тауэр-хилл, палача с топором, гомон толпы и Ника. Возлюбленный ее, в расстегнутой рубахе и с развевающимися на ветру волосами, клал голову на плаху…

Сердце ее похолодело. Нет, как видно, справедливости в этом мире, где правосудие служит лишь властям предержащим, к коим, несомненно, относится и герцог Букингемский.

Полли, взяв себя в руки огромным усилием воли, преисполнилась холодной решимости любой ценой вытащить лорда Кинкейда из застенка. Конечно, прежде всего ей придется посоветоваться с Ричардом, поскольку на этом настаивал Ник, а затем, независимо от того, одобрит он ее замысел или нет, она осуществит то, что задумала.

Девушка, не теряя времени, поспешно оделась и сбежала вниз по лестнице. В холле, однако, навстречу ей устремился мистер Бенсон, грозя задержать ее, и надолго.

— Куда они увезли милорда? — спросил он испуганно. Лицо его в тусклом пламени свечей казалось совершенно белым.

— В Тауэр, — коротко ответила Полли. — Не волнуйтесь зря: мы и оглянуться не успеем, как все уладится.

— Легко сказать, — простонала, подойдя к ним, хозяйка и прижала платок к губам. Чепец ее съехал набок, седые волосы растрепались. — Теперь на очереди мы с мистером Бенсоном!

— Что за глупости! — резко возразила Полли, понимая их состояние, но не имея времени на лишние разговоры. — Вас в отличие от милорда никто не оклеветал. Да и с чего бы герцог Букингемский вздумал вдруг заключить вас в темницу?

Так и не придумав ни одной веской причины для своего ареста, чета Бенсон немного успокоилась.

Полли, воспользовавшись этим, торопливо вышла на улицу. Холодный зимний рассвет едва поднимался над городом. Ричард жил на Сент-Мартин-лайн, в десяти минутах ходьбы от особняка, где Ник снимал квартиру, и вскоре она была уже у его дома.

На громкий стук вышел заспанный лакей.

— Что за дело привело вас сюда в столь ранний час? — сказал он недовольно.

— Мне нужно видеть милорда Де Винтера, — ответила девушка, входя в холл. — Передай ему, что у госпожи Уайт срочное дело.