Он перебирал варианты и хладнокровно просчитывал возможности.

Мы убьем их всех, — шептал жестокий Хазид-Хи у него в мозгу.

Дзирт собрал волю в кулак и поставил блок в своем разуме, а затем послал мечу собственное предупреждение:

«Потревожь меня еще раз, и я скормлю тебя дракону. Будешь сидеть в груде его сокровищ тысячу лет. Или того дольше».

Меч замолчал.

Дзирт знал, что Хазид-Хи целенаправленно искал его, и знал, что меч нуждается в нем и будет нуждаться, по крайней мере, некоторое время. Пока их желания совпадают.

Дзирт знал норов Хазид-Хи, знал, что меч способен господствовать над большинством людей — поначалу тот смог подчинить и Кэтти-бри, вынуждая ее действовать по своей воле.

Но для закаленного и тренированного бойца, такого как Дзирт До'Урден, бойца, не понаслышке знакомого с псионическими способностями некоторых существ и магических предметов, посягательства Хазид-Хи казались не более чем мелким неудобством. Дзирт размышлял об этом несколько секунд и понял, что не должен рисковать. Обальд — неприятель серьезный.

— Мы убьем их всех, — сказал Дзирт, поднимая клинок на уровень глаз.

И почувствовал одобрение Хазид-Хи.

Каэрлик Суун Уэтт чуть не упала, увидев отчетливый силуэт крылатой лошади над южным горизонтом. Орки вскинули луки, а Каэрлик заготовила заклинание, но Обальд выступил вперед.

— Не стрелять! — прорычал он, обернувшись лицом к своим бойцам и обнажая мен, дабы каждый понял, чем грозит ослушание.

Каэрлик заметила огонь, вспыхнувший у него в главах, и все соображения о том, какое именно заклинание следует метнуть, мгновенно испарились.

Однако она едва смогла себя удержать, когда крылатый конь приблизился и она узнала темнокожего всадника на величественном жеребце.

— Дзирт До'Урден, — пробормотала она.

— Он осмелился? — спросил стоящий рядом Тос'ун.

Пегас подлетел ближе и завис в воздухе, изредка взмахивая распростертыми крыльями.

— Обальд! — крикнул Дзирт, и горное эхо подхватывало его слова, многократно усиливая. — Я хочу говорить с тобой! Наедине! Мы не закончили наш прошлый разговор!

— Он сошел с ума, — прошептала Каэрлик.

—А если он действительно хочет договориться с Обальдом? — предположил Тос’ун. — Как посланец Мифрил Халла, например?

— Уничтожь его! — воззвала Каэрлик к Обальду. — Вели лучникам пристрелить, или я сама…

— Придержи свои заклинания, или встретишься с Ад’ноном и Доннией — очень скоро, — ответил Обальд.

— Убить мерзкую тварь, — шепнул Тос’ун, и Каэрлик чуть не направила свою магию на короля орков.

Но здравый смысл возобладал над инстинктивным порывом. Она перевела взгляд с Обальда на Дзирта, опустившего пегаса на соседнюю возвышенность — столовую гору с плоской вершиной и почта отвесными склонами.

Каэрлик спрятала ухмылку, оглянувшись на короля орков. броня которого теперь была скреплена и украшена зажимами в виде пауков. Хотя Дзирт До'Урден в первоначальные планы совершенно не входил, сцена разыгрывалась — лучше не придумаешь. Если Дзирт хоть наполовину так хорош, как о нем говорят, тогда Обальду обеспечен очень неприятный сюрприз.

— Ты собираешься вести переговоры с этим отступником?

— Если он говорит за Мифрил Халл, то я хочу это услышать, — ответил Обальд.

— А если нет?

— Значит, он просто пришел убить меня.

— И ты все равно придешь к нему?

— И уничтожу его. — Взгляд Обальда был уверенным, а тон — скучающим, словно Дзирт был мелкой докукой, а не смертельно опасным врагом.

— Зачем тебе это делать? — подала голос доселе молчавшая Цинка. — Нет причины. Позволь нам сбить его стрелами, и продолжим путь. А если хочешь поговорить — пошли посредника, Каэрлик, например, она ведь токе дроу, им найдется о чем побеседовать!

Внезапно расширившиеся глаза Каэрлик выдали ее ужас перед подобной перспективой, но она быстро оправилась и метнула на Цинку ненавидящий взгляд. И только когда в ответ на морде Цинки появилось горькое недоумение, Каэрлик вспомнила о том, что она теперь «лучшая подруга» шаманки. Жрица выдавила улыбку и покачала указательным пальцем, словно прося Цинку не вмешиваться.

Цинка еще секунду с любопытством смотрела на свою дорогую подругу, потом радостно оскалилась и показала, что поняла.

— Он опасный противник, если верить слухам, — сказала Каэрлик, прекрасно понимая, что не разубедит Обальда.

— Я дрался с ним и раньше, — заверил Обальд, пожав плечами.

— Возможно, это ловушка, — робко произнесла Цинка и совсем сникла, взглянув на Каэрлик.

Обальд ухмыльнулся и зашагал прочь, но скоро остановился и обернулся, показав желтые зубы в ротовой прорези белого, как кость, шлема. В два прыжка он оказался позади Каэрлик, протянул лапу, схватил беднягу Фендера за воротник и, словно какой-то сверток, сунул дворфа под мышку.