– О'кей, у меня есть в сумочке. – Джанет принялась копаться в холщовой сумке, превышавшей по своим размерам ту, которую Хэрод обычно брал с собой в путешествия.

– У тебя разве нет на сегодня второго вызова? – спросил Хэрод. – Еще одной пробы сцены в сериале с Дергком?

– Ага. – Она затолкала в рот жевательную резинку и принялась жевать ее, не вынимая сигареты изо рта. – Шу сказал, что наша проба во вторник – это, наверно, лучшее, на что мы способны. – Она легла на живот, опершись на локти и положив на бедро Хэрода груди, как тяжелые дыни на прилавок фруктовой лавки.

Хэрод закрыл глаза.

– Тони, малыш, это правда, что оригинал пленки хранится у тебя?

– Какой пленки?

– Ну, ты знаешь. Той, где маленькая Шейла Беррингтон трудится над членом какого-то педераста.

– Ах, эта?..

– О Господи, за последние несколько месяцев я видела эту десятиминутную запись уже по меньшей мере в шестидесяти домах. Такое ощущение, что людям не надоедает смотреть на нее. Но ведь у нее же вообще нет сисек!

Хэрод промычал нечто невразумительное.

– Я видела ее на этом благотворительном вечере. Ну, знаешь, тот, который устраивался для больных детей, как это там называется... Она сидела за столом с Дрейфусом, Клинтом и Мерил. По-моему, она такая надутая, наверно, считает, что ее пуканье не пахнет, понимаешь, о чем я? Так ей и надо, что все стали над ней смеяться и что она выглядела глупо.

– Над ней действительно стали смеяться?

– Конечно. Дон такой смешной. Знаешь, он так смешно умеет говорить. Он подошел к Шейле и сказал нечто вроде: “Мы удостоены присутствия одной из прелестнейших русалок со времен Эстер Уильяме, которая трахалась в купальной шапочке”, может, еще смешнее... Так у тебя есть?

– Что есть?

– Ну, оригинал этой записи?

– Какая разница, у кого оригинал, если копии разошлись по всему городу?

– Тони, малыш, мне просто интересно, вот и все. Я считаю, это хорошая месть за то, что Шейла дала тебе от ворот поворот с “Торговцем гусынями” и вообще.

– “Торговец гусынями”?

– Ну, Шу так называет этот фильм. Вроде как Крис Пламмер всегда называет “Звуки музыки” “Звуками мускуса”, знаешь? Мы все так называем эту работу.

– Забавно, – пробормотал Хэрод. – А кто сказал, что Беррингтон вообще предлагали там роль?

– Ну, малыш, всем известно, что ей первой предложили. Я думаю, если бы наша мисс Лучезарная подписала бы контракт, фильм получился гораздо хуже, – Джанет Делакурт загасила сигарету. – А теперь она вообще ничего не может получить. Я слышала, что Диснеевская группа отказалась от большого мюзикла с ее участием, а Мари вышвырнула ее из этой специальной программы, которую они делали на Гавайях. Ее старая мормонская мамаша подергалась-подергалась и получила инфаркт или еще что-то. Плохо. – Джанет принялась перебирать пальцы на ногах Хэрода, ерзая грудями взад и вперед по его ногам.

Тони Хэрод подтянул ноги к животу и сел на край кровати.

– Пойду приму душ. Ты еще не уйдешь? Джанет Делакурт выдула пузырь из своей резинки, перекатилась на спину и наградила Хэрода улыбкой.

– А ты очень хочешь, чтобы я осталась?

– Не особенно, – признался Хэрод.

– Ну и пошел к черту, – без какой-либо враждебности в голосе произнесла Джанет. – Пойду прошвырнусь по магазинам.

***

Через сорок минут Хэрод вышел из “Беверли-Хилтон” и протянул ключи парню в красном пиджаке и белых брюках.

– Которую сегодня, мистер Хэрод? – поинтересовался тот. – “Мерседес” или “феррари”?

– Серую фрицевскую тачку, Джонни, – ответил Хэрод.

– Будет сделано, сэр.

Хэрод прищурился и принялся рассматривать сквозь свои зеркальные очки пальмы и синее небо. На его взгляд, пейзажа скучнее, чем в Лос-Анджелесе, не было нигде в мире. Разве что в Чикаго, где он вырос.

К Хэроду подкатил “Мерседес”, и Тони уже протянул руку с пятидолларовой банкнотой, когда увидел в машине улыбающееся лицо Джозефа Кеплера.

– Садись, Тони, – промолвил Кеплер. – Надо кое о чем поговорить.

Кеплер направился к каньону Холодная Вода. Хэрод не спускал с него глаз.

– Охрана в “Хилтоне” действительно становится дерьмовой, – заметил он. – Нынче в твоей машине может оказаться любой уличный бродяга.

Губы Кеплера дернулись в улыбке.

– Джонни меня знает, – пояснил он. – Я сказал ему, что это розыгрыш.

Хэрод невесело хохотнул.

– Мне надо поговорить с тобой, Тони.

– Ты уже это сказал.