— Надо проверить эти обвинения, — сурово сказал он. — Эван ап Риз и я отправимся в покои принцессы немедленно. — И они поспешили покинуть зал.

Наконец дар речи вернулся к Пауелу.

— Принесите моей жене чашу ароматической воды ополоснуть от крови руки, — приказал он.

Ему неохотно повиновались.

Рианон стояла, дрожа всем телом от утренней прохлады в зале. Она была еще слаба после родов, и ее переполнял страх за судьбу сына. Сам воздух зала был пропитан злобой. Посмотрев вверх, Рианон встретилась глазами с торжествующим взглядом Бронуин Белая Грудь. В этот миг принцесса Справедливого народа поняла, что Бронуин причастна к исчезновению Анвила, но, пока она не сможет доказать свои подозрения, она не осмеливалась обвинить завистливую девицу Впервые в жизни Рианон узнала самое человеческое из всех чувств — чувство отчаяния.

Таран и Эван вернулись в зал. Отведя Пауела в сторону, они стали что-то тихо и настойчиво говорить ему, сопровождая слова энергичными жестами. Похоже, что они показывали что-то принцу Наконец, когда они кончили, Пауел поднял руку, требуя тишины, и зал смолк.

— Таран и Эван тщательно обследовали покои принцессы. Ни в колыбели, ни на постели нет следов крови. Кровь только на руках моей жены. А под кроватью найдены кости и окровавленная шкура щенка борзой собаки. Таран проверил псарню и обнаружил, что один из щенков, родившийся три недели назад, исчез. Похоже, что кто-то нарочно подстроил все это, чтобы опорочить мою жену. — Он с гневом повернулся к главной дежурной даме. — Ты! Я хочу знать правду! Что за бред ты несла о колдовстве? Ты видела, как моя жена убила нашего ребенка? А кто-нибудь из вас?

Женщина упала на пол, бормоча что-то в истерике.

— Ой, прости нас, наш господин! Не было никакого колдовства. Мы заснули, к нашему стыду, вместо того чтобы охранять вашего сына и жену, как нам было приказано. Когда же мы проснулись, то сына вашего в колыбели не было, а руки принцессы окровавлены. Мы испугались вашего гнева и от страха предположили худшее! Прости нас, наш господин! Прости нас!

— Убирайтесь с глаз моих долой, вы все! Вы изгнаны навеки из Дифида! — гневно закричал Пауел, и женщины убежали.

— И все-таки остается небольшой вопрос таинственного исчезновения маленького принца, — сказал Синбел из Тейфи. — Хотя женщины и признали, что нарушили свой долг, ребенок тем не менее исчез.

Кто может поручиться, что Рианон из Справедливого народа тут ни при чем? Что касается меня, я думаю, что ребенок мертв. Улика, якобы найденная Тараном и Эваном, могла быть подброшена ими самими, чтобы обмануть нас. Все знают, что они находились под влиянием ее чар с момента ее появления в замке. Эта женщина не из нашего народа. Как мы можем доверять ей? Как мы можем быть уверены, что Таран и Эван не во власти ее колдовства? Если она действительно невиновна, пусть представит ребенка!

— Рианон, моя жена и госпожа, — взмолился Пауел, обращаясь к ней в первый раз с начала ужасного происшествия. — Скажи нам, что случилось с Анвилом, прошу тебя! — Внезапно он понял, что не может взглянуть на нее. Все предостережения о женитьбе на чужестранке всплыли в его сознании. Неужели они были правы?

— Мой господин, я не знаю, где наш сын, поскольку спала, чтобы восстановить силы после родов. Я никогда не обманывала тебя, Пауел.

Почему сейчас ты позволяешь обвинять меня в таком страшном преступлении? Почему ты не пошлешь людей на поиски нашего сына?

Каждое уходящее мгновение потеряно для нас. Пошли глашатаев во все концы страны Кимри оповестить о таинственном исчезновении нашего сына, чтобы мы смогли отыскать его. Поторопись, прошу тебя!

Схватив его за руки, Рианон посмотрела в лицо мужа и почувствовала опустошение оттого, что увидела. Взгляд Пауела выражал полное смятение. Он не знал, верить ей или нет. Сердце у нее упало.

Принц разрывался между советом и женой. Он любил ее, но эта любовь не могла опровергнуть тот факт, что его сын исчез при странных обстоятельствах. У народа Кимри самые обычные привычки, но какой-то голос нашептывал ему, что Справедливый народ неуловим, ведет уединенный и скрытный образ жизни. Возможно, сама Рианон и не замешана в исчезновении Анвила, но ее народ вполне мог быть причастным к этому. Возможно, это еще одно условие их брака, о котором Рианон боялась сказать ему. Первенец — ценный товар.

Заговорила Бронуин Белая Грудь, и все повернулись выслушать ее.

— Это явно какое-то колдовство Справедливого народа, — начала она, произнеся вслух тайные, беспокойные мысли Пауела. — Оно легло не только на тебя, мой господин, а на нас всех, ибо Анвил был надеждой Дифида. Оно легло бременем на Дифид, потому что ты настаивал на браке с женщиной из Справедливого народа. Она навлекла на тебя, на всех нас беду.

— Два года мы ждали, когда она родит наследника Дифида. Сейчас, на следующий день после рождения, он мертв. Королевство без наследника. Кто поручится, что это ужасное событие не повторится вновь и вновь, пока Пауел не состарится и не сможет зачать ребенка? Что будет с нашей прекрасной землей?

Совет высказал мудрое мнение, мой господин. Он предложил, чтобы ты отстранил эту женщину Справедливого народа. Развелся с ней!

Ты должен выбрать жену среди народа Кимри и жениться вторично как можно скорее. — Бронуин повернулась к Пауелу и встала перед ним на колени. — Я знаю, мой дорогой господин, что у меня нет никакой надежды, потому что ты не любишь меня, но прошу тебя, выбери одну из наших женщин себе в жены, чтобы Дифид не исчез под проклятием, которое навлекла на нас эта женщина.