Они смотрели на него, открыв от изумления рты.

— Мы оставим лошадей здесь, — сказала им Рианон. — Их накормят, напоят, о них хорошо позаботятся люди моего отца. На лодках мы — проплывем остаток пути.

— Куда, принцесса? — поинтересовался Таран голосом, в котором звучал благоговейный трепет.

— В замок моего отца, — весело рассмеялась Рианон, показывая пальцем.

Они посмотрели в том направлении, куда указывал ее палец, и от удивления буквально задохнулись. Как только розовый туман поднялся над озером, в центре его они увидели замок, который и вообразить себе никогда не могли. Он был построен из светло-серого камня с изящными башнями, которые поднимались в голубое утреннее небо.

Казалось, он вырос из глубин самого озера. Что-то волшебное было в нем, и страх вновь закрался в их сердца. Когда ужас грозил захлестнуть их, воздух вокруг наполнился яркими голубыми и золотыми бабочками, само появление которых, казалось, успокоило свиту, наполнив сердца замечательным чувством покоя и благополучия.

На песчаном берегу озера аккуратно лежало шесть серебристых лодок, каждая с высоким носом в виде головы дракона, украшенной зеленой, золотой и красной эмалью. Рианон жестом показала Пауелу и свите садиться в лодки. В первую взошла она с будущим мужем, разместив остальных в пяти небольших судах. Лодки, отплыв от берега, заскользили по воде без всяких усилий, казалось, что они плыли сами по себе по кристальной глади озера. Приблизившись к замку, они обнаружили, что он поднимается не из воды, а построен на небольшом острове. Как только лодки, движимые неведомой силой, выскользнули на берег острова, появилась группа ярко разодетых, улыбающихся молодых женщин, чтобы приветствовать их. Все они отличались красотой и держали в руках гирлянды и венки из свежих разнообразных цветов, которые они надели на шеи и головы гостей.

— Пойдем, — сказала Рианон, взяв Пауела за руку — Ты должен познакомиться с моей семьей. Затем нас обвенчают в зале моего отца.

Твои мужчины останутся довольны придворными дамами. Они нежные и любезные хозяйки. Никому из вас нечего бояться в доме моего отца.

Пауел проследовал за Рианон в небольшую, красиво обставленную комнату, где его ждала ее семья. Что поразило его больше всего, так это то, что даже самые старые в Справедливом народе выглядели молодо.

В комнате находились двое мужчин и две женщины. Один был высок, с голубыми глазами и вьющимися золотистыми волосами, голову его украшала драгоценная диадема. Делая низкий поклон и в ответ услышав учтивое приветствие, он понял, что это сам Дилан. Прелестная женщина с серебристыми волосами, заплетенными в косы и уложенными в виде короны вокруг головы, была представлена ему как мать невесты. Пауел вновь поклонился, чувствуя ее сдержанность, хотя она радушно приняла его. Он подумал, что едва ли может упрекнуть ее.

— А это моя сестра, Анхарид, и ее муж Тристан, молодожены, — объявила Рианон, выведя вперед молодую женщину, очень похожую на отца.

В белокурых локонах Тристана пробивались искры рыжих волос.

Они сели, и хрупкие маленькие служанки, которые, казалось, порхали по полу, принесли легкое золотистое вино, сверкающее в их хрустальных кубках. Когда слуги удалились, король Справедливого народа заговорил прямо, без обиняков.

— Принц Дифида. Уверен ли ты, что в глубине своего сердца Кимри ты любишь мою дочь? Можешь ли ты определенно сказать, что хочешь взять именно ее в жены, а не девушку из своего рода? Отвечай откровенно. Тебе не причинят вреда, если будешь говорить искренне и правдиво. Если твое сердце солжет, я узнаю об этом. Я ищу лишь счастья для моей любимой дочери.

— Сэр, я люблю Рианон больше самой жизни, — ответил Пауел. — Нина ком, кроме нее, я не женюсь. Спросите тех, кто сопровождал меня.

Я не знал любви до того дня, как встретил вашу дочь.

— И ты отдашь ей всю свою любовь и веру, принц Дифида? Я вновь молю тебя подумать как следует, прежде чем ответить! — сказал Дилан. — Брак между лордом из рода Кимри и принцессой Справедливого народа — дело серьезное.

— Я отдам Рианон всю свою любовь и доверие, — ответил Пауел сильным, уверенным голосом.

Рианон одарила его счастливой улыбкой. Он был очень красивый и мужественный.

— Пауел Дифида, ты понимаешь, что, став твоей женой, она, как представительница Справедливого народа, теряет все права. Для нас она будет Кимри, как и ты. Среди твоих людей есть такие, которые хотели бы заполучить женщину из Справедливого народа только ради волшебной силы, которой мы владеем, а не по любви. Ты один из них?

— Нет, сэр. Я люблю Рианон ради нее самой, а не по какой другой причине. Я понимаю, что сила ее уйдет, но мне все равно, поскольку я хочу женщину А не волшебство.

Дилан кивнул и повернулся к Рианон.

— Спрашиваю тебя в последний раз, дочь моя. Ты решительно хочешь замуж за этого человека, даже зная, что потеряешь свое наследство?

— Да, отец, я буду женой Пауела, а все остальное не имеет для меня значения.

— Что ж, очень хорошо, — промолвил король Дилан. — Я дам согласие на этот союз, но только при одном условии. Если вы сочтете, что не можете согласиться на него, тогда свадьбе не бывать. Рианон, дочь моя, и ты Пауел, сын мой! Я вынужден потребовать, чтобы ваш брак в течение одного года не был физически завершен.

— Отец!

— Сэр!

Воскликнули оба одновременно, но Дилан жестом прервал их.

— Выслушайте меня, мои дети. Я пекусь лишь о вашем благе. Вы должны понимать, что во всей нашей общей истории не было ни единого случая, когда молодые люди из Кимри и Справедливого народа вступали в брак Любовные связи были, это правда, но они всегда в конце концов распадались. Увы, различия, разъединяющие нас, кажутся большими, хотя, по правде сказать, они не столь уж велики. Все же существует нечто такое, что мы никак не можем преодолеть.