Чем больше Линкс слушал о проделках своего кузена, тем сильнее им овладевала ярость. От картины ужасов и преступлений, совершенных с согласия Фитцуорена, у Линкса стыла кровь в жилах.

День близился к концу, когда в лагере появился Роджер в сопровождении офицеров легкой конницы.

– Ну и ну, кузен, уже наслышан о твоем возвращении! Кажется, ты не смог отказаться от чести участвовать в войне и делить ее трофеи.

Линкс медленно направился к нему, на ходу развязывая кирасу. Он снял ее, отдал вместе с мечом Томасу и остановился в ожидании, пока Фитцуорен спешится. Как только Роджер коснулся земли, Линкс нанес ему сокрушительный удар в челюсть и сбил с ног.

Кузен вскочил и в ярости бросился на него, но Линкс повторил удар, снова сбив его с ног. Фитцуорен выхватил нож и в бешенстве кинулся на обидчика, но Линкс сильным ударом в плечо выбил оружие из его руки.

Фитцуорен в бессильной злобе огляделся вокруг. На поддержку его офицеров рассчитывать не приходилось. Опасаясь отпора валлийских лучников, собравшихся здесь же полукругом, офицеры не смели подойти и молча наблюдали за происходящим.

Обезумевший от боли и унижения Роджер, как разъяренный бык, упрямо налетал на кузена, но каждый раз неумолимые кулаки Линкса обрушивались на его лицо, постепенно превращая его в бесформенную массу. Убедившись, что подлец повержен и не способен подняться, Линкс ушел.

Точку в унижении Фитцуорена поставил Томас: он подошел и, презрительно глядя ему в глаза, помочился на землю рядом с ним.

В первых числах мая крепости в Джедборо и Роксборо сдались на милость англичан, а на противоположном берегу армия Джона де Уорена заняла Думбартон, расположенный в нескольких милях от Глазго. Затем обе армии, двигаясь навстречу друг другу, соединились в Эдинбурге. Этот крупный город сумел продержаться всего несколько дней и после небольшого сопротивления пал под натиском войск Эдуарда Плантагенета.

Весь май Линкс де Уорен и Фитцуорен избегали друг друга: никто из них не хотел возбуждать ярость короля. При встрече с дядей Джоном Линкс ни словом не обмолвился о состоявшейся драке, справедливо полагая, что у командующего армией на данный момент достаточно проблем.

В начале июля Балиоль отрекся от власти в пользу Энтони Бека, епископа Даремского, представ перед ним в белых одеждах кающегося грешника и добровольно отказавшись от притязаний на корону Шотландии.

Победитель Эдуард Плантагенет проявил снисходительность и отправил Балиоля в Хартфорд.

Война, похоже, завершилась, но возвращение Линкса в Дамфрис, к его огорчению, снова откладывалось. Желая укрепить власть и показать свою силу, Эдуард Плантагенет двинулся на север, чтобы принять клятву верности от шотландской знати.

Через неделю после отъезда Линкса она поняла, что беременна. Джейн решила сохранить свое открытие в тайне и не рассказала о нем никому из членов своей семьи. Этот секрет она откроет только одному человеку, когда придет время. Лорд де Уорен будет счастлив – не зря же ради рождения ребенка он был готов даже на обручение с ней.

Сначала Джейн охватила печаль. Ребенок Линкса де Уорена навсегда свяжет ее с человеком, который не испытывает к ней никаких чувств, хотя и поклялся, если она забеременеет, жениться и сделать ее графиней. Если это произойдет, Джейн наксегда лишится своей вольготной жизни, а вот этого ей хотелось меньше всего. Но разве она, не причинившая боли ни одному живому существу, сможет обидеть собственного ребенка? Постепенно грусть уступила место смирению, а затем и счастью оттого, что она вынашивала новую жизнь. Кто сказал, что Джейн не хочет быть матерью?

После отъезда лорда все вернулось на круги своя. Джейн продолжала лечить животных, а сестры относились к ней так же высокомерно, как и прежде. Изменилось только одно: Джейн научилась себя защищать и давала отпор всякий раз, когда сестры пытались командовать ею или на правах старших гонять по пустякам. Однако она продолжала любить их, часто приглашала в свои покои в главной башне и даже при случае одалживала собственные наряды.

Джейн брала у Тэффи уроки верховой езды. В детстве ей часто приходилось кататься на чужих пони, и она всегда мечтала иметь своего. Перед отъездом лорд Уорен приказал оруженосцу купить для нее смирную лошадь.

Мечта сбылась, и когда Тэффи привел красивую белую кобылу, Джейн была вне себя от счастья. По его подсказке она назвала ее Бланшет, что в переводе с норманнского значит «белая».

Кейси сопровождал Джейн в длительных прогулках, ухаживал за лошадью сестры и первым заметил, что она носит под сердцем ребенка Линкса Уорена. Получив подтверждение своим догадкам, он посоветовал ей сократить прогулки и беречь себя.

– Лорд сойдет с ума, если из-за своей беспечности ты потеряешь его дитя, – предостерег он Джейн.