Тогда я не мог предположить, что попал в чудовищную аферу. Разве можно было подумать, что Адель Нассиф прекрасно знает вице-президента банка китаянку Мэй Игуэн, дружит со скрывающимся в Европе владельцем банка «Доуфин» и все они сговорились украсть мои деньги и давно уже поделили их между собой!

В полной уверенности, что все в порядке, я отучился месяц в Пенсильвании и с чувством радости, что удалось избежать катастрофы, вернулся в Лондон.

Адель Нассиф, улыбаясь, встретил меня в аэропорту на своем новом «Остин Мартине», на самом престижном автомобиле Великобритании. Отдохнув после перелета, я на следующий день был в нашем совместном офисе и спросил у Нассифа:

– Как насчет моих денег, Адель, они уже вернулись обратно?

– Наверное, – ответил Нассиф без тени смущения. – Проверь сам.

Дальше мы продолжали говорить о новых планах и бизнесе. Он вел себя абсолютно спокойно, как будто вообще ничего не произошло. Когда мне сообщили, что деньги не поступали, Нассиф сделал вид, что выясняет обстановку в BNP и, посмотрев на меня «невинными» глазами, сообщил:

– Представь! Они действительно еще не перевели деньги. Но это формальность: им нужна моя подлинная подпись о закрытии траста. По факсу они инструкцию не приняли. Надо мне туда полететь и лично поставить подпись. Я все сделаю на этой неделе. Не волнуйся!

А чего мне было волноваться? Партнер никуда не убежал. Каждый день он приходит в наш общий офис, наши кабинеты рядом. У нас одна на двоих секретарша и много совместных планов на будущее. Кроме того, вице-президент банка BNP подтвердила слова Нассифа и то, что деньги по-прежнему на счету.

И потянулись дни, недели и месяцы. Сначала Адель не мог выбраться из Лондона, так как его держали домашние заботы. Потом он сообщил мне, что его отец в Ливане заболел и он должен срочно лететь в Бейрут на целый месяц, чтобы лечить отца. Когда он возвратился обратно, то был вынужден заняться ремонтом квартиры, купленной специально для дочери, и все никак не хватало времени на вылет. Я периодически получал информацию о том, что деньги на месте в BNP, и вроде волноваться было не о чем. Банк, выдавший мне кредит, не торопил меня с возвратом, а проценты, набегавшие на вложенный капитал, перекрывали проценты по долгу. Но, конечно, со временем в моей душе зародилось сомнение, которое с каждым днем становилось все тягостнее.

Так прошло несколько месяцев. Наконец я не выдержал и поставил вопрос прямо о немедленном возврате моих денег. И тут выяснилось, что мгновенно все мои деньги – пять миллионов долларов – исчезли со счета BNP!

Все объяснялось очень просто. Оказывается, когда деньги были положены на общий счет в BNP, Адель Нассиф вылетел на место и под залог всей суммы взял банковскую гарантию. Перейдя дорогу, в другом банке – под залог этой банковской гарантии – он взял примерно такую же сумму денег, а в третьем банке – под залог этой суммы – взял новую банковскую гарантию, которую разместил в четвертом банке… Но тут, как вы понимаете, следы этих денег терялись… Такие операции называются «кросс-гаранти», и проследить цепочку по всем банкам нельзя, потому что банки хранят в секрете информацию о своих вкладчиках и движении капитала. Обязать их открыть информацию по счетам может только Верховный суд страны, в данном случае – Швейцарии.

Пока первая гарантия не захлопнулась, банк BNP все время подтверждал мне, что деньги на месте, а по истечении года они исчезли в одну минуту на покрытие обязательств по гарантии банка.

Адель практически перестал появляться в офисе. Я безрезультатно ловил его у ворот его дома. В офисе, открыв сейф, я обнаружил еще более ужасную вещь, чем потеря моих миллионов…

Дело в том, что за год совместной работы мы с Аделем помогали в осуществлении множества крупных российских контрактов. Всем экспортерам мы открыли оффшорные компании, счета в банках Великобритании и получили на эти компании акции на предъявителя, которые хранились в нашем сейфе. Общая сумма капиталов, содержащихся на счетах этих чужих оффшорных компаний, превышала сто миллионов долларов.

Но когда я открыл сейф, акций компаний, отданных нам на хранение моими друзьями, там не оказалось! Они были украдены Аделем Нассифом, увезены за границу и положены в собственный сейф, очевидно, все в том же банке BNP.

Надо было срочно действовать, чтобы спасти деньги друзей и, понятно, свою жизнь и, возможно, жизнь моего сына в России, которые были единственными гарантиями с моей стороны сохранности чужих капиталов.

Первым делом я бросился в банк, где были открыты все счета оффшорных компаний. Там банкир – мой друг, выслушав историю с Нассифом, казалось, не очень удивился – человек он был опытный в подобных делах с арабами. Он искренне посочувствовал мне и еще раз подтвердил самое худшее: предъявитель акций оффшорных компаний является их фактическим владельцем и может распорядиться капиталом по своему усмотрению. Даже если кто-то потерял такую безымянную акцию на предъявителя на улице, а ее нашел бомж, он становится владельцем оффшорной компании, и никто не сможет доказать, что это не так.

Положение спасало два момента: во-первых, Адель Нассиф еще не обращался в банк со своими претензиями на владение капиталом, а во-вторых, под всеми счетами, которые я помогал открывать моим друзьям, стояла моя подпись как одного из директоров. То есть я мог распоряжаться кредитами как человек, обладавший правом финансовой подписи!

К моей неописуемой радости, я немедленно воспользовался этим правом и перевел все деньги со всех компаний (более ста миллионов долларов США) на свой личный счет!

И буквально на следующий день адвокаты Аделя Нассифа предъявили банку свои права на владение акциями всех компаний, дали инструкцию о лишении всех других права подписи под этими счетами и указание заморозить счета. Банкир с улыбкой все это выполнил: на счетах более двадцати компаний был абсолютный ноль.

Из России спешно вылетела команда моих друзей, которым я возвратил спасенные от жулика деньги в тот же день приезда.

Сначала мы хотели нанять громил, чтобы избить Аделя Нассифа до полусмерти! Но это ничего, кроме морального удовлетворения, нам бы не дало. У него по-прежнему находились акции компаний, которые участвовали в десятках контрактов с иностранными партнерами, и переписать контракты в одночасье было просто невозможно. По этим контрактам грузили нефть, алюминий, покупали товары народного потребления и производили множество коммерческих операций, которые нельзя было остановить.