Она умерла под утро, не позвав меня и не разбудив медицинскую сестру, задремавшую рядом. Как ни странно, об этом первой узнала соседка за стеной, граничившей с комнатой бабушки. Там у них находилась кухня и на газовой плите располагалась большущая коробка спичек. Соседка только что проснулась и зашла на кухню, как вдруг коробка спичек буквально взорвалась на ее глазах! Она почему-то подумала о Марии Георгиевне и позвонила к нам в дверь. Когда мы зашли в комнату к бабушке, она уже была мертва.

Если верить синергетике, ее дух, вырвавшись из тела наружу, был настолько сильным в этот момент, что зажег коробку спичек за стеной! Это самое последнее воспоминание о ее жизни и смерти.

Что бы там ни говорили, но участие в политических выборах – это наркотик. Зависимость от него можно излечить поражением. Однако лечение проходит болезненно и порой с тяжелыми моральными последствиями для пациента.

В процессе же самих выборов пациент находится в полной эйфории от собственной личности. Он упивается возможностью общаться с остальным народом «на равных», и какую бы чушь он ни нес с экрана телевизора или на встречах с избирателями, он делает это с полной убежденностью в гениальности своих программ и обещаний. Участник выборов незаметно начинает смотреть на себя как бы со стороны. А портреты, размещенные на огромных билбордах, где пациент собственной персоной олицетворяет светлое будущее страны, только прибавляют ему ощущения величия. И надписи: «Долой коррупцию!», «Все для народа!», «За счастье и стабильность!», «Это – наш выбор!»… Разве есть большее наслаждение для личности, чем лицезреть это наружное украшение города, пролетая по разделительной полосе дороги на глазах у бессильных что-либо предпринять гаишников?

Люди, страдающие хронической зависимостью от наркотика публичности, выискивают любые возможности, чтобы закрепиться на Олимпе всеобщего внимания. Они пытаются стать лидерами партий или общественных объединений, занять руководящие посты в центре и на местах и готовы пойти на все, чтобы только удержаться в поле народного интереса. Они легко меняют собственные взгляды, не чураются лести и подхалимства, плетут интриги и подсиживают начальство, и даже идут на уголовные преступления… Пусть земля тебе будет пухом, Сергей Юшенков!

Тебя убили на пороге дома потому, что хотели занять твое место в либеральной партии…

Сколько же выборов, самых разных, было у меня за эти годы – не сосчитать!

На эту «иглу» я сел давно, еще в СССР, в 1989 году. До сих пор не пойму, почему я все-таки поехал в Обнинск, закрытый город, о котором ровно ничего не знал. Ну, конечно, слышал о знаменитом военно-космическом комплексе «Энергия», о том, что там где-то находилась Обнинская атомная электростанция. И все.

В это время были объявлены довыборы в депутаты Верховного Совета СССР по Смоленскому округу No 27. И надо же такому произойти: городская комсомольская организация выдвинула меня в кандидаты. Это была полная неожиданность, я не понимал, что такое выборы, что такое политическая борьба. Но ребята-комсомольцы так просили, что, не желая им отказывать, я отправился в Обнинск.

Приезжаю в город, и мне сообщают:

– Артем Михайлович, мы вас не предупредили, но через полчаса в конференц-зале научного центра состоится собрание общественности, на котором вы должны выступать со своей предвыборной программой.

Дело в том, что тогда процедура выдвижения кандидатов в народные депутаты была довольно сложной, не такой, как сейчас.

Впервые в СССР наступил момент, когда существовавшая раньше система «выборов без выбора» была поставлена под сомнение. С той, старой, все было предельно ясно: автоматически из года в год партийные органы назначали на безальтернативной основе кандидатов, которых формально избирали всенародным голосованием, и всегда с результатом 98 процентов – «за». И так каждые пять лет, от съезда к съезду.

В 1989 году Политбюро ЦК КПСС и Горбачев, которые вовсю уже заигрывали с западной демократией, решили провести выборы по-другому, так, чтобы в них участвовало несколько кандидатов на одно место. Конечно, все это должно было остаться под полным контролем органов коммунистической партии. Но все же посмотреть, что получится из новшества, власти очень хотелось.

По замыслу руководства вначале трудовые коллективы в разных местах должны были выдвигать своих кандидатов на собраниях общественности, и если их окажется несколько, то среди них выбрать представителей данного района или города, их и надо направить на окружное собрание избирателей. Там, на второй стадии, избрать тайным голосованием несколько финалистов от избирательного округа, которые получали право вступить в предвыборную борьбу между собой.