Рабыня увела Тоуба. И лишь выйдя за дверь, он понял, что Аделаида не с ним, что их разлучили.

— Идем! — поманила его девушка. За ними внимательно наблюдал холодноглазый клонированный охранник семи футов роста, с грубыми чертами лица. Дверь была закрыта, поделать ничего нельзя. Тоуб решил обернуться поскорее.

Оставшись наедине с Аделаидой, Рас Ордер обернулся к ней. Потом сел рядом. Слишком близко.

— Аделаида, вам не следовало откладывать ваш приход так надолго, — сказал принц искренним тоном.

— Рас Ордер…

Он остановил ее протянутой вперед ладонью.

— Не говорите этого. Я знаю. При нашей последней встрече я был недопустимо несдержан. Признаю, Я был непростительно груб и своим поведением уронил себя в ваших глазах.

Лицо Аделаиды стало холодно-задумчивым.

— Но теперь вы здесь, и я прошу вас еще раз обдумать ваш прежний отказ.

— Как вас понимать? — Аделаида внутренне сжалась от страха.

— Аделаида, что вы подумали? Я предлагаю вам быть моей невестой.

Аделаида почувствовала, как заливается краской, но от стыда или от гнева, она так и не поняла.

— Вы хотите, чтобы я вошла в ваш гарем? Так я поняла?

Рас Ордер рассмеялся.

— Гарем — это предмет, репутация которого чудовищно раздута за пределами моей семьи.

— Вы хотите сказать, что предпочитаете общество ваших биомеханических сексуальных объектов?

Принц снова рассмеялся, чуть более искусственно.

— Здесь мы вступаем в область философии. Многие считают, что лучшая женщина — это наша искусственная красавица, из клона Клари или Анджи, Но те, кто так говорит, забывает, что женщина — это больше, чем машина для сексуальных удовольствий. У нее есть свой разум, и она — женская половина того целого, что есть жизнь человека! И потому самое глубокое наслаждение мы получаем от женщины, которая желает соединиться с нами всеми силами своей свободной воли и разума. По крайней мере таково мое мнение. Аделаида кивнула:

— Значит, в вашей семье вы заядлый либерал. Принц просиял:

— В своем образе жизни я либерален, и даже очень.

Он снова рассмеялся, откинувшись в кресле. Аделаида смотрела на него в упор, слишком хорошо понимая, что находится в его власти. Восстание потерпело крах, как она знала наперед. И если не удастся с дальним прицелом предпринятая попытка Мелиссы, то о своем будущем Аделаида должна торговаться с этим человеком.

— Итак, я снова спрашиваю вас: хотите ли вы быть моей невестой?

— Мне надо подумать. Это слишком быстро. Ей хотелось плюнуть в эту хитрую физиономию.

— Ах, с вами, Фанданами, всегда одно и то же. Всегда так трудно. — Рас Ордер резко сцепил ладони, встал и начал ходить по комнате. — Вы теперь ожидаете от меня, чтобы я нашел вам место во дворце, что очень трудно из-за большой конкуренции. И за это я от вас ничего не получу. Именно такую сделку вы мне предлагаете?

— Послушайте, над своими чувствами я не властна. Меня воспитывали в понятиях, где ваши рабыни считаются мерзостью, и иначе я считать не могу. Варварство Халифи мне противно.

Принц фыркнул:

— Ах, вот как. — Рас Ордер взвел глаза к потолку и снова начал ходить по комнате. — До чего же трудно, до чего трудно с вами, Фанданами. — И вдруг повернулся к ней:

— Возможно, ваше отношение к таким вещам переменится, когда вы поживете в Новом Дворце без почетного статуса. В качестве моей жены у вас были бы все привилегии этого титула. Без него все будет по-другому. Сами увидите.

Дверь за спиной принца с шумом распахнулась, и в комнату влетел с мокрой головой Тоуб Берлишер.

— Почему вы не в душе, молодой человек? — раздраженно спросил Рас Ордер.

— Что здесь без меня было? — обратился Тоуб к Аделаиде.

— Ничего, Тоуб. Совсем ничего. Тоуб насторожился. Ему не понравился ее потухший голос.

— Что случилось? Что он пытался?.. — Тоуб покраснел.

— Ничего, Тоуб! — Аделаида пыталась предотвратить взрыв.

Еще раз прозвенел звонок.

— Что на этот раз? — спросил Рас Ордер. Он щелкнул пальцами, и дверь открылась. Аделаида судорожно вдохнула. Это был сам Ибрагим.

— Большая честь для меня, сир, — сказал Рас Ордер.

— Приветствую, принц. Я пришел задать несколько вопросов твоим пленникам.

— Они гости, сир.

— Так-так-так, значит, Фанданы у нас в гостях? — хмыкнул Ибрагим.

Тоуб легко мог себе представить, что Ибрагим велит таких «гостей» зажарить на завтрак.

— Конечно, такой статус можно легко изменить. Бывает, пришедший как гость уходит как пес! — Ибрагим весело подмигнул Тоубу. — И все же я уважаю твой дар гостеприимства, принц. Однако настаиваю на возможности задать им несколько вопросов. Если не возражаешь, то прямо сейчас.