— Мне нужна половина твоей воды и три четверти твоего пайка, — радостно прорычал Фого.

— Чего? — тупо спросил Дэйн. Фого протянул пятерню и сграбастал Дэйна за рубашку.

— Вода и еда, кретин. Ты меня понял? За размещение. Ты здесь новичок, а у нас на Зеленой палубе свои правила.

— Не получишь от меня ни еды, ни воды, — заявил Дэйн.

— Значит, не получу? — ухмыльнулся Фого. Началась драка, но Дэйн был не в форме. Фого избил его до бесчувствия и бросил тело в грузовой лифт, ведущий к утилизатору.

— Прощай, дурак, теперь из тебя самого еду сделают.

В отстойнике жилого сектора служитель осмотрел тело и обнаружил, что Дэйн еще жив. Его отправили в больницу.

Сломанные кости лица восстановили, порезы зашили, и Дэйна вернули обратно на Зеленую палубу.

Идти ему было некуда, кроме все той же щели возле противопожарного шкафа.

Фого приходил каждый день, обычно в сопровождении своей подружки Зениссы, Она возила за Фого бочку на тележке, в которую он собирал свои налоги на воду, и всегда носила обтягивающие комбинезоны.

Дэйну пришлось делиться водой и едой. Проявляя «милость», Фого разрешил ему оставлять себе половину еды, остальное перекочевывало в корзины Зениссы.

В день каждый житель Зеленой палубы получал три тарелки, еда на которых приготавливалась кухонными комбайнами фанданского производства. Ее как раз хватало для приятной сытости. Фанданы знали, как важно кормить пассажиров досыта в космических рейсах, которые никак не прервешь.

На половинном пайке тоже можно было выжить, но только-только.

У Дэйна еще оставались деньги в корабельном банке, и это позволяло ему покупать себе еду у Фого в ларьке, который был переоборудован из тренажерного зала этой палубной секции.

Дэйн обнаружил, что Фого не один такой. Пользующиеся поддержкой Халифи шайки правили и грабили во всех секциях Кресел.

Поскольку Дэйну теперь было негде пить, кроме баров и ресторанов Атриума, и поскольку статус пассажира Кресел очень ограничивал время пребывания в Атриуме, продолжать пить стало трудно. Если принести водку в секцию Кресел, тут же как из-под земли появится Фого.

В отчаянии Дэйн попытался пить в лифтах, катаясь вверх и вниз и лихорадочно отхлебывая из бутылки.

Но оказалось, что напиваться в Креслах — совсем не то, что в своей каюте. Прежде всего нужно было защищать свою щель в проходе от других бездомных.

Первый раз напившись допьяна в Креслах, Дэйн проснулся абсолютно раздетым.

Чувствуя некоторую неловкость, Дэйн заставил себя пойти в Атриум и купить новую одежду. Комбинезон цвета хаки, сшитый из одного куска материи — двойной слой хлопка и поркрила, и тапочки.

Вернувшись в Кресла, Дэйн обнаружил на своем месте какого-то испуганного подростка.

Дэйн прикрикнул, и парнишка удрал, втянув голову в плечи и злобно оглядываясь.

Мимо тяжелым шагом прошел Фого и кивнул Дэйну ухмыляясь:

— Скоро подадут ленч, так что не пропусти мою долю, понял?

И хриплый смех отдался в коридоре эхом.

Дэйну подумал, что так нужно будет прожить еще два года, пока «Основатель» не достигнет Нового Мира.

Его расширенные глаза смотрели в полутьму, ничего не видя.

Проходили дни. Дэйн плыл сквозь ад. Сколько удавалось времени он проводил в Атриуме. Ездил на лифте вместе с другими лишенными кресел. Теми, кого Халифи лишили места.

Каждую смену несколько тел спускали в отстойник.

Постепенно Дэйн выходил из алкогольного дурмана. Он снова начал тренировать тело, используя пол и переборки как снаряды.

Как-то Зенисса застала его за отжиманиями.

— Что, надеешься побить моего Фого? Она гоголем прошла мимо него, обтянутая комбинезоном.

— Не тешь себя иллюзиями, парень. В следующий раз Фого не будет так милосерден.

Он продолжал тренироваться, но переместился в Атриум, где можно было за деньги пойти в тренажерный зал.

Лицо у Дэйна похудело и осунулось. Тело налилось силой, однако о полном восстановлении еще речи не шло. Что-то внутри сломалось. Часто Дэйн, сидя в полутьме, долго смотрел куда-то пустыми глазами В мыслях проплывали лица. Эдвард, Альтер, старый Джебедия Боунз. Чаще всего это была Лейла, и тогда на глазах выступали слезы.