Шрифт:
А Грэйс заявляет:
— Я точно знаю, что ты чувствуешь, — складывает руки на дневнике в подоле и продолжает. — Ты пьешь, потому что хочешь самовыразиться, и боишься.
— Нет, — отвечает Мисти. Склоняет голову на плечо и смотрит на Грэйс искоса. Мисти говорит. — Нет, ты не знаешь, что я чувствую.
Рядом трещит уголь, посылая в трубу спиральный сноп искр. Из камина плывет запах дыма. Их походный костер.
— Вчера, — объявляет Грэйс, зачитывая из дневника. — Ты начала откладывать деньги, чтобы вернуться в родной город. Ты складываешь их в конверт, а конверт прячешь под край ковра у окна в твоей комнате.
Грэйс поднимает взгляд, выгибая брови, — складочная мышца плиссирует крапчатую кожу лба.
А Мисти спрашивает:
— Ты шпионила за мной?
А Грэйс улыбается. Постукивает по открытой странице увеличительным стеклом и говорит:
— Об этом сказано в твоем дневнике.
Мисти отвечает ей:
— Это твой дневник, — говорит. — Нельзя писать дневник за кого-то другого.
Просто чтоб ты знал: эта ведьма следит за Мисти и вписывает все в злую записную книжку в красной кожаной обложке.
А Грэйс улыбается. Говорит:
— Я не пишу. Я читаю, — переворачивает страницу, смотрит сквозь увеличительное стекло и объявляет. — О, завтра будет здорово. Тут сказано, что ты, скорее всего, повстречаешь милого полицейского.
Просто на заметку: завтра Мисти сменит замок на двери своей комнаты. Мигом.
Мисти требует:
— Хватит. Повторяю — хватит уже, — говорит Мисти. — Речь идет о Тэбби, и чем быстрее она научится жить средней жизнью с нормальной ежедневной работой и стабильным, надежным, обычным будущим, тем счастливее она будет.
— Вроде работы в конторе? — спрашивает Грэйс. — В собачьем питомнике? С милым еженедельным жалованием? Вот почему ты пьешь?
Твоя мать.
Просто на заметку: она это заслужила -
Ты это заслужил -
И Мисти отвечает:
— Нет, Грэйс, — говорит. — Я пью потому, что вышла замуж за глупого, ленивого, витающего в облаках мечтателя, которого воспитали в духе, что однажды он женится на знаменитой художнице, и который не вынес разочарования, — говорит Мисти. — Ты, Грэйс, засрала мозги своему ребенку, и я не позволю тебе засрать их моему.
Склоняясь так близко, что можно рассмотреть лицевую пудру в морщинах Грэйс, в ее ритидах, и красные паутинки в местах, где помада Грэйс просачивается в морщинки у рта, Мисти требует:
— Немедленно прекрати врать ей, или, клянусь, я завтра же соберу сумки и увезу Тэбби с острова.
А Грэйс смотрит мимо Мисти, на что-то позади нее.
Не глядя на Мисти, Грэйс вздыхает. Говорит:
— Ах, Мисти. Для этого уже слишком поздно.
Мисти оборачивается, а позади нее стоит Полетт, женщина с конторки, в белой блузке и черной плиссированной юбке, и Полетт произносит:
— Простите, миссис Уилмот?
Одновременно — Мисти и Грэйс — спрашивают в один голос — «Да?»
А Полетт извиняется:
— Не хочу прерывать вас, — говорит. — Мне нужно только подложить полено в камин.
А Грэйс закрывает книгу в подоле и произносит:
— Полетт, мы хотим, чтобы ты разрешила наш спор.
Поднимая мышцу frontalis, чтобы выгнуть лишь одну бровь, Грэйс спрашивает:
— Желаешь ли ты, чтобы Мисти побыстрее нарисовала шедевр?
Погода сегодня местами злобная, тяготеющая к отказам и ультиматумам.
И Мисти отворачивается, готовясь уйти. Приостанавливается и чуть оглядывается.
Снаружи шипят и бьются волны.
— Спасибо, Полетт, — говорит Мисти. — Но пора уж всем принять факт, что я так и умру большим жирным ничтожеством.
12 июля
НА СЛУЧАЙ, ЕСЛИ ТЕБЕ ИНТЕРЕСНО, твой друг с худфака с длинными белокурыми волосами, тот парень, который разорвал мочку уха, пытаясь подарить Мисти сережку, так вот, он уже облысел. Его зовут Уилл Таппер, и он водит паром. Он твоих лет, и мочка у него по-прежнему висит двумя обрывками. Зарубцевавшись.
Возвращаясь на остров на пароме этим вечером, Мисти вышла на палубу. Холодный ветер добавляет лет ее лицу, иссушая и растягивая кожу. Гладкую мертвую кожу ее stratum corneum. Она спокойно пьет пиво в коричневом пакете, когда этот большой пес начинает ее обнюхивать. Пес сопит и скулит. Он поджимает хвост, и глотка его ходит туда-сюда в мохнатой шее, пока он раз за разом что-то сглатывает.
Она берется гладить его, а пес выкручивается и делает лужу тут же, на палубе. Подходит мужчина со свернутым поводком на руке, и спрашивает: