Кэл прижался к Hope и, смеясь, потянул ее упирающуюся руку вниз, туда, где находился предмет ее любопытства.

— Не противься, пожалуйста, — шептал он. — Ты ведь сама хочешь дотронуться. Разожми пальцы.

Непривычная нежность охватила его. Через минуту Нора расслабилась, подчиняясь успокаивающим ее ласкам. Ей совершенно неизвестна была физиология мужского тела, и ранним утром в тишине купе Кэл мягко и естественно, без всякого смущения объяснил ей, что к чему.

— Замужество — непростая вещь, — наконец, сказала Нора, когда Кэл отпустил ее руку.

— О, да, — согласился он. — Однако доставляет массу удовольствий. — Кэл встал с постели и потянулся всем телом.

Нора села, жадным взглядом следя за мужем. Кэл оглянулся и, заметив ее смущение, рассмеялся.

— Вот видишь? Я совсем не страшный, правда? Нора улыбнулась в ответ.

— Разве что совсем немного.

Кэл потянул простыню из ее рук, приподнял за талию и поставил перед собой, серьезно и пристально рассматривая с головы до кончиков пальцев.

— Как ты прекрасна, — восторженно заметил он. — Ты прекрасна и совершенна.

Нора, смеясь, прижалась к мужу.

— О, нет, не надо, дорогая, — задыхаясь, отстранился Кэл. — Ты слишком хрупкая, а мне и так трудно держать себя в руках.

— А ты не можешь просто обнимать меня? — с любопытством спросила Нора.

— Конечно могу, но только при условии, что оденусь и немного успокоюсь, — ответил Кэл, потянувшись за костюмом.

Нора не совсем хорошо поняла слова мужа, поэтому он постарался объяснить ей. Руки ее дрожали, когда она застегивала платье. Боже праведный! Какая это сложная вещь — замужество-Внимание Кэла привлекло неяркое пятно на простыне и он встревоженно посмотрел на жену.

— Может быть, это естественно, — проговорила Нора.

— Ты должна показаться врачу, — твердо заявил Кэл. — А кроме того, другим нет необходимости знать когда и где мы поженились. Если тетя спросит тебя, можешь сказать ей, что мы тайно встречались и поженились перед твоим отъездом в Европу.

— Но где и как мы бы могли это сделать?

— Нас поженил мировой судья, который специально приезжал из Ричмонда. — Кэл протянул Hope свидетельство о браке, приоткрыв только одну строчку. — Взгляни, где проходила регистрация.

— В Тайлере?! — воскликнула она. — Но как…

— Мировой судья оказался добрым и понимающим человеком. Он знал, что больше никогда в жизни не увидит нас, и даже получил удовольствие, слегка нарушив закон.

Все стало ясно Hope: и сочувствие в глазах судьи, поженившего их, участие его жены, краткость церемонии и отсутствие вопросов.

— О, Кэл… Ты рассказал им о ребенке! — расстроенно вымолвила она.

Кэл показал Hope свидетельство о браке и тут же спрятал его.

— Мне пришлось рассказать мировому судье, почему мы так спешим пожениться. Иначе нужно было бы ждать установленный срок, — признался он.

Нора глубоко вздохнула.

— А что, если он кому-нибудь расскажет?

— Могу заверить тебя, дорогая, что судья — благородный человек и не станет ни о чем говорить так же, как и его жена, — голос его смягчился при виде ее тревоги. — Я не мог другим образом привезти тебя на ранчо, иначе твои родственники отвернулись бы от тебя.

Нора подняла глаза на мужа.

— Ты сделал это, чтобы защитить меня? Кэл скривился.

— Кажется, у меня неплохо это получалось в последнее время.

Нора почувствовала неловкость и снова взглянула на мужа.

— Когда со мной все будет в порядке, я смогу защищать тебя в свою очередь, — предложила она. Кэл рассмеялся.

— Прекрасная мысль! — Склонившись, он нежно поцеловал жену в лоб. — Ты должна побывать у врача, — повторил он. — А пока мы не будем… сближаться.

Нора сразу помрачнела.

— Для благородной леди у тебя очень выразительное лицо.

— Я не чувствую себя благородной леди после такой ночи, — призналась Нора.

Кэл улыбнулся, взял ее руки в свои и поднес к губам.

— И все же ты такая и есть.

Нора с благодарностью улыбнулась в ответ.

— Я устала, — тихо проговорила она. — Мне кажется, что неплохо было бы выпить чаю с тостами.

Кэл тепло обнял жену. — Сейчас посмотрю, что можно сделать.