– Я попытаюсь избавить тебя от боли насколько смогу, – пообещал Халид. – Ты веришь мне?

– Да.

– Скажи, что тебе нужно. Скажи, и я дам тебе это.

– Мне нужен ты. – Она уже не в силах была терпеть. Ее словно охватила горячка плотского желания.

Халид вошел в нее одним мощным толчком и погрузился и трепещущее лоно. Вцепившись в него, Эстер вскрикнула скорее от удивления, чем от боли, когда он пронзал ее девственную преграду.

Халид замер и лежал неподвижно несколько долгих мгновений, давая ей возможность привыкнуть к его присутствию в сокровенных глубинах ее тела. Затем он начал осторожно двигаться, соблазняя ее принять участие в этом завораживающем действе.

Захваченная этим смерчем, соединившим их тела, Эстер обвила ногами его поясницу. Она двигалась вместе с ним, и каждый его сильный толчок вниз встречала ответным, устремленным вверх.

Внезапно Эстер пронзили новые, неожиданно острые ощущения, и набегающие волны экстаза, одна выше и мощнее другой, вознесли ее прямо на вершину блаженства. Поняв, что жена опередила его, Халид перестал сдерживать себя, громко застонал, вздрогнул и излил в нее свое семя.

Затем наступили покой и тишина, которую нарушало лишь их тяжелое прерывистое дыхание. В конце концов, Халид избавил ее от своей тяжести, лег рядом на бок, просунув руку под ее талию, заключил в объятия и нежно поцеловал.

– Тебе хорошо? – заботливо спросил он.

– Думаю, да. А как ты?

– Я побывал в раю! А теперь спи, моя любовь. Пристроив головку на его груди, Эстер закрыла глаза. Вскоре она задышала тихо и ровно. Халид убедился, что она уснула.

К сожалению, он не мог, подобно своей юной жене, забыться спокойным сном. Его враги не остановятся ни перед чем, лишь бы покончить с ним, и сознание того, что в его броне появилась теперь брешь, уязвимое место, весьма доступное для нанесения коварного удара, в высшей степени беспокоило его. Халид знал, что поступил опрометчиво. Вместе с супругой он получил в приданое постоянную головную боль.

Утром Эстер пробудилась с чувством, что жизнь ее круто изменилась и произошло нечто чудесное. Затем она вспомнила все. И главное, что принц сделал ее своей принцессой.

Эстер зевнула, потянулась, повернулась на бок и обнаружила, что мужа рядом с ней нет. В шатре она была одна.

Впрочем, в следующее мгновение до нее донесся голос Халида, отдающего распоряжения своим людям. Значит, супруг неподалеку. Это успокоило Эстер.

В соответствии со своим вновь обретенным положением, она могла с чистой совестью улечься обратно на подушки, что и сделала, улыбнувшись своим мыслям и закрыв глаза.

Ей доставило удовольствие перебрать в памяти события прошедшей ночи. Она еще ощущала на губах вкус его поцелуев, прикосновения его рук, тяжесть его тела. И любовь, любовь, которая была между ними.

Даже воспоминания об этом заставили ее покраснеть, и все чувства, которые она тогда испытала, нахлынули на нее вновь. Но поцелуй был живее и реальнее всех грез по очень простой причине – Халид будил ее поцелуем.

– Пробуждайся, моя спящая красавица. В сновидениях люди не разговаривают так громко.

Значит, она не спит, и реальный Халид склонился над ней.

– Почему у тебя так порозовели щечки? О чем ты думаешь? Или твои мысли принадлежат только тебе, как ты однажды заявила?

Эстер села на постели, не позаботившись прикрыться простыней и представив на его обозрение обнаженные груди и не менее соблазнительный живот с глубоким, как чаша, пупком.

– Я… я хотела… – ей было неудобно продолжать.

– Что ты хотела? Скажи, и это немедленно будет тебе доставлено.

Вытянув шею, Эстер приложилась губами к шраму на его щеке, а рука ее потянулась к орудию наслаждения, которое сейчас скрывалось под шароварами.

– Я хотела бы снова любить тебя, – стыдливо призналась она.

– Значит, тебе понравилось и ты хочешь продолжить нашу брачную ночь? – улыбнулся Халид. – Больше всего я хотел бы того же – уединиться с тобой и забыть обо всем, но время на исходе. Мои люди уже ворчат, им не терпится отправиться в путь. Обещаю, что в Стамбуле тебе не придется намекать мне, что пора отдать должное твоей красоте, и мы вдоволь насладимся друг другом.

Разочарованное выражение на личике жены вызвало у Халида улыбку. Он расцеловал поочередно ее манящие груди.

– Не унывай, дорогая, у нас впереди долгие ночи и дни в раю. Взгляни! Вот еда на столе, вот теплая вода для умывания, вот чистая одежда. Если понадобится что-то еще, загляни в мой сундук.

Он снова наградил ее поцелуем и исчез.

Эстер покинула ложе, умылась, облачилась в новый, с иголочки, кафтан. Для нее была приготовлена чадра, но Эстер решила как можно реже пользоваться этим атрибутом неравноправия мусульманских женщин.

Она предпочла новые сапожки тем, что «одолжила» у бедного Омара, и заплела волосы в толстую косу. Затем направилась к столу, посмотреть, какими яствами намеревался порадовать ее супруг в первое утро их семейной жизни. Набор блюд был невелик, но вполне удовлетворил ее. На стол были поданы оливки, козий сыр, сваренные вкрутую яйца и свежие лепешки.