— Брезент?

— Вполне вероятно. В такую ткань могли завернуть тело.

У Риццоли перед глазами возникла странная картинка: рулоны брезента в хозяйственном супермаркете с напечатанными на этикетках рекомендациями от производителя: ИДЕАЛЬНО ДЛЯ ПАЛАТОК, ТЕНТОВ, УПАКОВКИ ТРУПОВ.

— Если это все-таки брезент, тогда выходит, что мы имеем дело со вполне заурядной тканью, — сказала Риццоли.

— Минуточку, детектив. Позвольте продемонстрировать вам особенности этой заурядной ткани.

— Что еще за особенности?

— Есть кое-что интересное.

— Что может быть интересного в нейлоновом брезенте?

Эрин взяла со стола папку и достала оттуда распечатанную на компьютере диаграмму.

— Я сделала анализ на полное отражение.

— А что это?

— Инфракрасная микроспектроскопия для изучения отдельных волокон. На волокно направляется инфракрасный луч, и рассматривается спектр отраженного света. Эта диаграмма показывает инфракрасные характеристики самого волокна. И просто подтверждает, что перед нами нейлон шесть и шесть, как я и говорила.

— Ничего удивительного.

— Это еще не все, — сказала Эрин, и легкая улыбка тронула ее губы. Она достала следующую диаграмму и выложила ее рядом, — Здесь мы видим то же волокно под тем же инфракрасным лучом. Ничего не замечаешь?

Риццоли переводила взгляд с одного рисунка на другой.

— Они разные.

— Верно.

— Но если это одно и то же волокно, диаграммы должны быть одинаковыми.

— Для второй диаграммы я изменила плоскость изображения. Теперь отражение идет с поверхности волокна, а не из сердцевины.

— Выходит, поверхность и сердцевина отличаются.

— Правильно.

— Два разных волокна скручены?

— Нет. Это одно волокно. Но ткань прошла обработку поверхности. Вот это и показывает анализ на полное отражение — присутствие химикатов. Я прогнала его через хроматограф, и похоже, это вещество на базе силикона. После того как волокна были окрашены, на готовый продукт нанесли силиконовый слой.

— Зачем?

— Трудно сказать. Для водонепроницаемости? Для усиления прочности на разрыв? В любом случае это дорогостоящий процесс. Думаю, ткань изготавливалась для специфических целей. Но вот для каких — ума не приложу.

Риццоли откинулась на спинку стула.

— Найди мы эту ткань, — произнесла она, — и преступник окажется в наших руках.

— Да. В отличие от заурядного коврового покрытия эта ткань уникальна.

Украшенные монограммой полотенца были выложены на кофейном столике, так чтобы все гости могли полюбоваться затейливыми вензелями АР — Анжела Риццоли. Джейн выбрала персиковый — любимый цвет матери и заплатила дополнительную цену за шикарную подарочную упаковку с лентами абрикосового цвета и шелковыми бутонами. Подарок доставили почтой «Федерал Экспресс», поскольку красно-бело-голубые грузовики этой службы в сознании матери прочно ассоциировались с сюрпризами и счастливыми событиями.

А пятьдесят девятый день рождения Анжелы Риццоли вполне можно было отнести к событиям счастливым. В семействе Риццоли к дням рождения всегда относились трепетно. Каждый декабрь Анжела покупала календарь на следующий год и в первую очередь отмечала на нем эти памятные дни. Забыть о чьем-то дне рождения считалось серьезной провинностью. А уж забыть о дне рождения мамы было равносильно непростительному греху, и Джейн свято чтила семейную традицию. Именно она покупала мороженое и украшала дом, рассылала приглашения многочисленным соседям, которые сейчас собрались в гостиной у Риццоли. Она резала торт и подавала его гостям на бумажных тарелках. Она покорно исполняла свои обязанности, но в этом году вечеринка явно не удалась. И все из-за Фрэнки.

— Что-то случилось, — сказала Анжела. Она сидела на диване в окружении мужа и младшего сына Майкла и безрадостно смотрела на подарки, выставленные на кофейном столике — такого количества пены для ванн и талька ей явно должно было хватить на следующее десятилетие. — Может быть, он заболел. Или с ним что-то случилось, а мне никто не позвонил.

— Ма, с Фрэнки все в порядке, — уверяла ее Джейн.

— Да, — поддержал сестру Майкл. — Может, его послали… как это называется? Когда они играют в войну?

— Маневры, — подсказала Джейн.

— Да, на какие-нибудь маневры. Или даже за границу. Может, там даже телефона нет, чтобы позвонить.

— Он же обычный сержант, Майкл, а не Рэмбо.

— Даже Рэмбо посылает матери поздравительную открытку, — проворчал Фрэнк-старший.

Воспользовавшись паузой, гости дружно принялись за торт и в течение последующих минут сосредоточенно жевали.

Грейси Камински, ближайшая соседка Риццоли, отважилась первой нарушить молчание.

— Торт так хорош, Анжела! Кто его испек?