Я уже вижу вас в розовом платье с шелковыми цветами. Ах, это будет замечательно.

— Маман, опять вы, — перебил ее Синджин, — может, Челси не хочет одеваться на твой вкус. Может, ей вообще хотелось бы красное платье?

— Дитя мое, это ведь не так? Красный — это для…

— Мама хочет сказать — для женщин определенной профессии. Я думаю, не стоит так беспокоиться, мадам Дюбэй знает разницу.

— А я думала, тебе нравится красный, — опять вмешалась в разговор Вивиан. — Та женщина, что была с тобой на Ротонде неделю назад, была в красном.

— Она была с Сенекой, а не со мной. Но так или иначе, моя жена не будет носить платьев такого цвета.

И хотя разговор становится все более увлекательным, я отказываюсь говорить о моде.

— А интересно, вы скоро получите наследство? — продолжала Кассандра, обращаясь к Челси таким тоном, будто спрашивала о ее литературных вкусах.

Челси вспыхнула, но, прежде чем успела ответить, Синджин пришел ей на помощь:

— Кассандра, если это случится, тебе расскажем в первую очередь. Но пока герцогине лишь семнадцать…

— Восемнадцать, — перебила Челси, как будто это имело значение.

— Восемнадцать? — Он тут же вспомнил, она говорила, что ей семнадцать лет и девять месяцев, в тот первый день в его карете. — Значит, мы пропустили твой день рождения?

Челси кивнула.

— Когда он был? — спросил он, как будто они были одни в комнате.

— Три дня назад.

— Отлично, тогда мы устроим бал в честь твоего дня рождения, — пока Синджин говорил, он уже думал о том, какой же подарок приготовить для жены. — И ты непременно должна быть в белом. Мама, где тот жемчуг, который носили все герцогини Сет? Хотя ты, конечно, хотела бы бриллианты? — обратился он к Челси.

— Я уверена, что ей сейчас больше нужны балы и танцы, чем дети, — заметила Вивиан, вмешиваясь в их разговор о драгоценностях семьи Сет, которые, она полагала, будут принадлежать ей.

В этот момент дверь в комнату распахнулась и три мальчика гурьбой вбежали в зал.

— Папа! Пойдем посмотрим, какая там лошадь! — закричал Бо, кидаясь к отцу. — Она рыжая, как наша ирландская кузина, и такая высокая!

— И такая спокойная, — перебил ее кузен Бен.

— — Джед даже кормил ее яблоками, — не отставал самый младший из них.

— Боюсь, это Тун, — сказала Челси, — должно быть, он слишком миролюбиво настроен сегодня, если позволяет Джеду кормить его яблоками. Тун не любит города.

— Это ваша лошадь, мадемуазель? — спросил Бо недоверчиво.

— Мадам Сет, — поправил Синджин. — Это Челси, — сказал он, обращаясь к группе мальчиков. — Она обращается с Туном как настоящий жокей. Кроме того, ей несколько раз даже удавалось обогнать меня на Мамелуке.

— Правда? — за всех спросил Бо.

Челси заметила, что, когда Синджин представлял ее, он не сказал ни «мачеха», «ни жена».

— Мы с Туном обогнали твоего отца на Мамелуке возле Оакхэма, — сказала Челси. — Там можно хорошо разогнаться, если земля сухая.

Брови взрослых удивленно поднялись. Все знали," как тяжело ездить верхом у Оакхэма.

— Мамелуке потом еще неделю дулся на меня, — озорно поглядывая на мужа, сказала Челси.

— Это потому, что он привык выигрывать, — сказал Бо.

— Я думаю, мы как-нибудь поедем покататься, и Челси покажет тебе несколько приемов.

В разговор опять вмешалась Кассандра и, как всегда, попыталась уколоть Челси:

— Это же замечательно — иметь в семье жокея. Эта профессия приносит много денег, не так ли, Челси?

— Довольно много, — ответила Челси и много значительно взглянула на Синджина, так что даже Бо это заметил.

— Что это значит? — удивился Бо.

— Я выиграл спор, — коротко ответил Синджин. — А когда ты немного подрастешь, я объясню тебе, как это делается. И почему ты до сих пор не поздоровался с бабушкой?

Мальчики бросились к герцогине, а Вивиан тем временем спросила:, — Неужели женщинам позволяют участвовать в скачках?

— На небольшие провинциальные скачки женщин допускают, — ответила Челси. — И мне доставляет огромное удовлетворение выигрывать у мужчин.

— И часто вам это удается?

— Довольно часто, к тому же я постоянно тренируюсь.

Чтобы заполнить образовавшуюся паузу, Синджин сказал:

— Я думаю, мальчики лопнут от нетерпения, если мы сейчас же не пойдем посмотреть эту чудо-лошадь.

Он подал Челси руку, и они в окружении детей отправились в конюшню. Пока они шли, Челси все думала, как же это замечательно — быть членом этой небольшой семьи.