Неожиданно зазвонил телефон. Пронзительный дребезжащий звук разнесся по квартире, и Татьяна слабо рванулась, но Дмитрий крепко держал ее. Телефон позвонил еще несколько раз, смолк ненадолго и тут же зазвонил снова. С лестничной площадки донесся шум торопливых шагов, и Дмитрий почувствовал, как тело в его руках напряглось в надежде на спасение. Это мог быть и Алекс, спешащий, чтобы спасти ее.

Однако телефонные звонки смолкли, а шаги затихли вдалеке. Дмитрий наклонился к ее лицу, такому беззащитному сейчас, и крепко поцеловал в дрожащие губы. Его собственные глаза защипало от слез.

– Я так любил тебя, Таня, - сказал он. Затем его глаза скользнули по скомканным простыням на кровати за спиной Татьяны, и черная ненависть с новой силой вскипела в его груди. Пальцы Дмитрия сомкнулись на тонкой, молочно-белой шее Татьяны, и он тут же с силой сдавил ее горло, чувствуя, как большие пальцы легко погружаются в податливую плоть. Тело девушки дрогнуло в конвульсиях, а из горла вырвался знакомый булькающий звук, затем она внезапно обмякла.

Дмитрий разжал руки, и тело ее скользнуло на пол, но тут же упал на колени рядом с Татьяной. Обняв мертвую девушку, он нежно укачивал ее, целуя в лицо и в холодеющие губы. Из горла его вырвался хриплый мучительный вой.

Глава 14

Алекс отпер дверь и вошел в квартиру.

– Татьяна, где ты?
– позвал он.
– Я получил твой паспорт.

Он швырнул свой плащ на кресло. Консул Соединенных Штатов Америки оказался не слишком деятельным и расторопным, и Алексу понадобилось больше часа, чтобы получить необходимые документы.

Как бы там ни было, все формальности остались позади. Собеседования с Татьяной закончились вчера, так что сегодняшний день был в их полном распоряжении Завтра они вылетят в Вашингтон на борту военно-транспортного самолета ВВС США, и Алекс втайне надеялся, что они никогда больше не увидят Гримальди.

– Танечка?

В квартире стояла абсолютная тишина. Татьяна никогда не включала радио и не заводила пластинок - она любила тишину. Алекс пересек гостиную и заглянул в спальню. Татьяны не было.

– Таня!
– снова позвал Алекс и, не получив ответа, повернулся, чтобы пойти в ванную комнату. Самым уголком глаза он заметил слева от кровати какую-то странную кучку белого белья. Он еще ничего не понял, а в голове его уже зазвенел крик отчаяния и ужаса. Случилось что-то непоправимое.

Неподвижное тело Татьяны лежало перед ним на полу. Голова ее была повернута под невероятным углом, а огромные, широко раскрытые глаза смотрели в потолок. В глазах Татьяны застыл страх. Не в силах еще понять, какая его постигла утрата, Алекс неловко топтался в изножье кровати и не мог оторвать взгляда от этого неподвижного тела. Нет, это не обморок и не потеря сознания. Всего лишь час назад, когда он уезжал, она была весела и здорова, а теперь ее тело лежало на полу у его ног совершенно неподвижно. Безнадежное отчаяние потихоньку овладевало его сознанием. Татьяна, его Татьяна была мертва.

Алекс наклонился над ней, и горло его перехватило так сильно, что воздух вырывался из легких с болезненным хрипом. Крупная дрожь сотрясала его тело, а в мозгу появилось ощущение, что когда-то он уже видел нечто подобное. Труп лежал на полу точно так, как виделось ему в ночных кошмарах. Татьяна умерла, Татьяны больше нет.

Алекс осторожно коснулся ее лица. Лицо было холодным, но сохраняло странную упругость. В голове у него заметались бессвязные, разрозненные мысли: это он виноват; нельзя было оставлять ее одну; нельзя было приезжать в Брюссель; что теперь делать с ее паспортом; где, черт возьми, был этот Гримальди? Татьяна ведь чувствовала, что умрет именно так, она не раз говорила ему об этом...

Из всех этих сумбурных мыслей и чувств выкристаллизовалась одна; ясная и четкая, она полностью овладела им.

– Дмитрий, - пробормотал Алекс, вставая и отворачиваясь от тела. Дмитрий...

Он бегом спустился по лестнице и выскочил на улицу. Барт с сигаретой в зубах с удобством расположился на водительском сиденье своего "пежо". В динамиках радиоприемника гремела музыка. Алекс распахнул дверцу.

– Выходи, - с трудом проговорил он.
– Выходи!

– Что это с тобой, парень?
– отозвался Барт, не выказывая ни малейшего желания подчиниться. Алекс не долго думая схватил его за лацканы пиджака и выволок из машины.

– Ключи!
– рявкнул он неожиданно прорезавшимся голосом.
– Где ключи?!

– Что за черт...
– начал было Барт, но Алекс сильно ударил его в живот. Охранник согнулся от боли, затем выпрямился и поднял кулаки.

– Что, парень, захотелось подраться?
– пробормотал он.

Барт был выше и сильнее Алекса, но это не имело никакого значения. Алекс ударил его в лицо с огромной силой, вложив в удар всю свою ярость и отчаяние, и Барт растянулся на земле рядом с машиной. Изо рта его потекла кровь. Сознания он, однако, не потерял, и Алекс как безумный принялся пинать его ногами. Барт только покряхтывал и закрывал руками лицо.