Солдаты добрались до массивных каменных ворот, которые были заперты на засов гигантской балкой, открыть их было не так-то просто из-за хитросплетения цепей, лебедок, блоков и висевших на огромных петлях противовесов, которые нужно было раскачать, чтобы открыть створки. Внезапно Тэган явственно почувствовал рядом присутствие какого-то зла. Он остановился и обернулся. Дживекс тоже оглянулся под влиянием того же чувства.

С сильно бьющимся сердцем Тэган припомнил, как последователи Культа любили склепы своего подземелья. Видимо, их союзники, обосновавшиеся в лесу, тоже прорыли подземные ходы, где в вечной темноте их колдуны практиковали черную магию. В центре двора зияла дыра и виднелась ведущая вниз, под землю, дорога. Может быть, она была здесь и раньше, замаскированная с помощью заклинаний, а может быть, появилась только что благодаря некой магической формуле, выпустившей на волю дракона-мертвяка, который выполз из черной дыры на свет.

От него исходило отвратительное зловоние гниющей плоти, на его сморщенной зеленой шкуре там и тут виднелись темные пятна – следы разложения. Это был мертвяк, по сути то же самое, что и зомби, которых Тэган видел в Лирабаре, но только намного ужаснее. Зомби двигались неуклюже, шаркая и еле волоча ноги, а это необъятное существо кралось, словно охотившийся на мышей кот. Мертвенно-бледные лица зомби были пустыми и бессмысленными, а запавшие желтые глаза дракона-мертвяка горели ненавистью, и в них явно сквозил разум.

Еще с прошлого сражения Тэган знал, что последователи Культа успели создать мертвяка, но все же надеялся, что кто-нибудь из союзников уже убил его или хотя бы взял на себя сражение с чудовищем. Но нет. Дракон не участвовал в битве в самые первые минуты, его задачей было очистить крепость от вторгшихся туда солдат. Кое-кто из людей, стоявших на крепостном валу, завопил при виде чудовища. Гоблины и оборотни со свирепыми криками бросились на солдат королевской армии.

Зеленый мертвяк шагнул в сторону Тэгана. Авариэль издал дикий крик, стараясь стряхнуть с себя оцепенение, вызванное ужасом при появлении твари. Он не избавился от страха полностью, но все же смог подавить его и вновь обрел способность драться. Авариэль встал в боевую позицию и только тут вспомнил предупреждение Рангрима: «Никогда не смотри мертвяку в глаза».

Но было уже поздно. Он взглянул в горящие глаза дракона и снова застыл на месте – но не от страха. Какая-то сверхъестественная сила сковала его члены. Что-то с глухим звуком шлепнулось на землю рядом с ним. Он не мог повернуть голову, но быстро сообразил, что это Дживекс. Волшебный дракон тоже встретился с мертвяком взглядом и, застыв от ужаса, упал на землю.

Дракон, не спеша, подполз ближе.

– Ты и в самом деле думал, что можешь победить? – спросило чудовище. – Все, что ты и твои союзники сделали, не имеет никакого значения. Ты можешь убить всех моих слуг, но это ничего не изменит. У меня достаточно силы, чтобы в одно мгновение стереть всех вас с лица земли. Я покажу тебе, как легко убить маленьких людей.

Он выгнул шею, собираясь, как видно, выпустить из пасти ядовитую струю. Оборотни и гоблины с криками бросились прочь от Тэгана и Дживекса. И вдруг над двором замка пролегла тень, закрывшая небо.

Мертвяк поднял голову и выпустил в воздух кислотные пары. Через мгновение его пронзил пучок красного пламени. Дракон взревел. С неба на него камнем бросилась Ворасаэга, она вонзила в него огромные когти, и завязался поединок.

Два гигантских змея вцепились друг в друга, тела их переплелись, они катались по двору, кусая и терзая друг друга. Некоторые гоблины, оборотни и оккультисты не успели вовремя убраться оттуда, и борющиеся драконы размазали их по земле, даже не заметив этого. То и дело драконы врезались в стену, которая так сотрясалась от удара, что стоявшие наверху люди падали вниз. Тэган был уверен, что драконы раздавят и их с Дживексом.

Битва двух гигантов так захватила авариэля, что он не сразу заметил летающую в воздухе сферу, похожую на плавающий глаз. Сфера летала на некотором расстоянии от сражающихся змеев, явно вызванная заклинанием Ворасаэги, так как шар посылал в мертвяка один магический снаряд за другим. Пучок оранжевого света вонзился в тело зеленого дракона, и на его шкуре появились следы от ожога кислотой. Огненный искрящийся столб желтого цвета не причинил ему никакого вреда. Синий пучок – и Ворасаэга успела нанести дракону глубокие раны, а затем по его шкуре прошла серая волна. Потом к нему вернулись естественный цвет и способность двигаться.

Оба змея сильно пострадали, получив серьезные раны, но на первый взгляд Ворасаэга была в лучшем состоянии, чем ее противник. Она была крупнее и, судя по всему, сильнее, кроме того, летающий глаз давал ей дополнительное преимущество. Она скинула с себя извивающегося мертвяка, повалила на спину и подмяла под себя. Передними лапами она прижала его к земле, задними продолжая рвать гниющую плоть чудовища. Она разинула пасть, собираясь укусить зеленого дракона. И тут мертвяк засмеялся. Ворасаэга опешила, его смех не парализовал ее – она продолжала хлопать огромными крыльями, – но привел в замешательство. Она перестала направлять сферу, и плавающий глаз тоже остановился, прекратив метать в мертвяка магические снаряды.

– Я знаю тебя, – сказал зеленый дракон.

– Не знаешь, – сказала она.

– Знаю, ты Ворасаэга, и даже еще более мертвая, чем я. Ты больше не являешься частью этого мира, и сама это знаешь. Каждый твой вздох – преступление.

– Я вернулась, когда эльфы позвали меня на помощь.

– Эльфов больше нет, ваш договор больше недействителен, а ссоры и распри сегодняшнего дня тебя не касаются. Возвращайся на свое место, призрак. Возвращайся в свой вечный сон.

«Она не сделает этого, – подумал Тэган. – Она не должна. Мертвяк ведь не произносил заклинания, не насылал на нее проклятия. Он просто заговорил с ней».