Джарвис свел брови:

— Серьезно, что ли?

— Это на уровне подсознания. Пока он видит стекло, для него контакт с внешним миром потерян не окончательно. Другими словами, он пока как бы на воле.

Джарвис задумчиво качнул головой.

— Значит вот почему он так отчаянно просит свежего воздуха?

Вильямс кивнул.

— А что же адвокат молчит? Она должна знать его как облупленного.

— Как вы не понимаете — это для него слабость, и он никогда в ней не признается. Уж тем более женщине.

Джарвис усмехнулся:

— А что, попробуем на этом сыграть. — Он посмотрел на часы. — Надо поговорить с боссом. Займись ими пока. И он пошел по коридору к офису старшего детектива-инспектора.

— Это клиент Спецуры, у них на него материал. Дублинское дело уже два года как перешло в спецотдел, по ирландскому отделению Спецуры.

Аллен сидел за столом и смотрел, как Джарвис меряет шагами его тесный кабинетик.

— У нас нет выбора.

Джарвис остановился и повернулся лицом к боссу.

— Слушайте, шеф, он уже сколько сидит, а у нас до сих пор никакой наводки на Эванса. И если ничего не произойдет, мы упустим последний шанс и все пойдет насмарку.

— Трата времени. — Аллен нахмурился. — Он среди организаторов крупнейшего мятежа в истории британского футбола? Я так не думаю.

Джарвис пожал плечами:

— Да вы знаете, что я имею в виду, шеф. — Взлохматив волосы, он шагнул к столу. — У нас появился последний шанс зацепить Эванса, и мы не простим себе этого, если упустим его. Дайте мне еще один шанс — и тогда мы сбагрим его в отдел Спецуры. Еще хотя бы час допроса — и посмотрим, может, Фитчет расколется.

Аллен посмотрел на детектива-инспектора и встал из-за стола.

— Час у тебя есть, Пол. Но если что нароешь, я хочу узнать об этом первым. Усек?

Джарвис расплылся в улыбке:

— Нет проблем, шеф. Еще бы.

По возвращении Джарвиса в комнату для допросов все трое уже поджидали его с великим нетерпением. Вильямс тут же включил диктофон и надиктовал положенную фразу, знаменующую продолжение допроса, затем сел на место и выжидательно посмотрел на Фитчета. Тот снова закурил, но при каждой затяжке было видно, как дрожит у него рука. Глаза его были снова прикованы к окошку над дверью, и он избегал смотреть куда-либо еще. Состояние у него было явно катастрофическое. «Вильямс прав, — подумал Джарвис. — Это болезнь». Он посмотрел на Фитчета и усмехнулся:

— Хорошо, Гарри. Отойдем пока от Дублина. Он открыл папку с делом, достал фотографию и метнул ее через стол Фитчету.

— Узнаете этого человека?

Джарвис заметил, как Фитчет нервно бросил взгляд на снимок.

— Впервые вижу.

— Думаю, вам стоит посмотреть еще раз. Подумайте как следует, прежде чем ответить. Итак, спрашиваю вторично: вам знаком человек на фотографии?

Опять тот же отрывистый взгляд. Коротко кивнув, Фитчет уставился в свое любимое стекло. Затем бросил нарочито спокойным голосом:

— Да.

Джарвис забрал снимок и уложил в папку.

— Вы знаете, как зовут этого человека?

— Да.

— И как же?

— Билли… Билли Эванс.

— И откуда вы его знаете?

— Встречались несколько раз. Не помню уже когда.

— Вам он известен по так называемой «Бригаде кокни-самоубийц», не правда ли?

— Нет.

— Нет — вы не знаете, или же нет — он не оттуда?

— Нет, я не знаю.

Кивнув, Джарвис снова пролистнул несколько страниц дела. Он выдержал паузу, во время которой было слышно только гудение диктофона. Всякий раз, переворачивая страницу, он поднимал глаза на Фитчета. Это был старый трюк профессионала, и он всегда срабатывал безотказно.

— А в зарубежных поездках вы его встречали?

— Не помню. И вообще, почему вы спрашиваете меня о парне, которого я едва помню?

Джарвис выбросил на стол фото, найденное в доме Фитчета во время обыска.

— Гарри, какого черта вы отнимаете у меня время? Это вы с Эвансом в Роттердаме в 1993 году. Я думаю, случайные фотографии не хранят под матрасом. Мы нашли целый альбом таких снимков во время обыска.

Фитчет затушил сигарету, вытащил другую и тут же прикурил. На этот раз рука его вздрагивала еще заметнее.

— Раз вы все знаете, зачем задавать эти гнусные вопросы?

Джарвис тщетно пытался поймать его взгляд, Фитчет упрямо отворачивался к своему «окошку в мир».

— Гарри, давайте я расскажу вам то, что мне известно, чтобы не тратить понапрасну время. Вы задержаны за драку с применением оборонительного оружия, да еще за вами тянется хвост из прошлого за участие в беспорядках. Это значит, что вам све-тат срок, Гарри. Заключение. Изоляция, — многозначительно добавил он. — Вы понимаете, о чем я?