Бич вырвал свой галстук из могучей лапы Куртиса.

– Они все равно уже погибли! – выкрикнул он. – Вы ведь сами сказали. Кроме того, как можно выбросить в помойку аппаратуру и программное обеспечение на сорок миллионов долларов, даже не просмотрев конфигурацию системы. Одно дело – несчастный случай, и совсем другое – преднамеренное убийство.

– Ты просто кусок дерьма, – криво усмехнулся Куртис. – Ну и люди! Одни лишь доллары и центы у них на уме.

– То, что вы предлагаете, полный абсурд. Никому в трезвом рассудке не придет в голову вышвырнуть «Ю-5» в сортир без доскональной проверки всех программных блоков, – стоял на своем Бич.

– Уже пять человек погибли! Какую еще тебе нужно проверку?

Бич отошел в сторону.

– Положим, ты проведешь эту гребаную проверку, – продолжил Куртис. – А что потом? – Он перехватил настороженный взгляд Коулмана. – Все в порядке, Нат, можешь идти. – Он высвободил руки от объятий своего коллеги. – Неужели вы ждете, чтобы кто-то еще погиб, пока до вашей пустой черепушки наконец не дойдет, что это вам не мудацкий университетский эксперимент с какой-нибудь плесенью в чашке Петри? Мы сейчас толкуем не о какой-то искусственной жизни, а о настоящей. О мужчинах и женщинах, у которых есть семьи, а не каких-то отбросах общества без чести и совести.

– Ты в самом деле можешь его отключить. Боб? – спросил Митч. – Это возможно?

– По правилам я должен сначала получить разрешение господина Ю, – объяснил Бич. – Потом составить и подписать соответствующий протокол на эту операцию, понимаешь?

– К черту господина Ю! – вмешался Куртис. – И к черту этот долбаный протокол! Или вы уже забыли, что отсюда не так-то легко с кем-нибудь связаться?

– Действуй. Боб, – приказал Митч.

– О кей, о кей, – нехотя согласился Бич, занимая место за терминалом рабочей станции. – Да я и сам собирался это сделать.

Заверещал «уоки-токи». Коулман что-то ответил в трубку и вышел из комнаты в коридор, направившись к балкону.

– Аллилуйя, – тихо пропела Элен. – Может, хоть теперь нам удастся выбраться из этого многоэтажного приюта для лунатиков?

– Аминь, – поддержала ее Дженни. – Всю вторую половину дня меня мучили плохие предчувствия относительно этого здания. Собственно, за этим я сегодня и пришла сюда – изгнать злых духов.

– Что бы ни пригнало сюда твою лодку, – шутливо протянул Арнон, вытянувшись на диване, – чем раньше мы отсюда смоемся, тем лучше.

– Эй, не больно-то спешите, – охладил их надежды Бич. – Для того чтобы разлить программную отраву по тысячам локальных компьютеров, потребуется некоторое время.

– Сколько? – спросил Куртис.

– Трудно точно сказать. Мне еще не приходилось выбрасывать на помойку компьютер стоимостью в сорок миллионов. Исаака, помнится, мы прикончили за тридцать шесть минут, а возраст той программы составлял всего несколько часов. Помнишь, Митч, СС – систему самовоспроизведения? – И Бич приступил к вводу новой порции команд.

– Да, припоминаю.

– Вот, а его батя орудует уже несколько месяцев. Он приступил к работе еще до установки в этом здании. Одному Богу известно, сколько информации он нахапал за это время. Может, придется провозиться несколько часов.

– Несколько часов? – Куртис присвистнул.

– Минимум.

– Вы шутите?

– Какие уж тут шутки? Может, сами хотите попробовать, сержант? Могу уступить место.

– Занимайся делом. Боб, – буркнул Митч. – Прошу тебя.

– Ладно, проехали, – вздохнул Бич, быстро бегая пальцами по клавишам. – Конечно, грязная работка мне досталась, но кто-то должен ее делать. Вот и конец. – Бич пропел строку из песни «Доорз». – Конец.

– Мне никогда не нравилась эта песня, – вставил Арнон. – Уж больно унылая. И текст все о том же: никто отсюда не выйдет живым. Вполне подходит к нашему случаю, как считаете?

– Авраам? – обратился Бич через микрофон. – Мы уже раскатали черное погребальное покрывало и собираемся предать тебя забвению, мой микросхемный друг. Что касается лично меня, то я хотел бы узнать тебя получше. Но вот остальные считают иначе и приговорили тебя к смерти. Здесь сидит коп, который приказал тебя замочить, дружище. Усек? Пожелаю глубокого тебе сна до нового пробуждения. Конец файла. Конец жизни. Конец счастья.

Натан Коулман перегнулся через стеклянный бортик галереи и взглянул вниз, на цокольный этаж. Словно из смотровой бочки, укрепленной на корабельной мачте, он наблюдал за людьми-муравьями, копошившимися далеко внизу на палубе. Их было трое. Нату показалось, что «уоки-токи» просигналил ему «убрать паруса», а один из «муравьев» внизу махнул ему рукой.

– Эй! – крикнул снизу Ричардсон. – Что там у вас происходит, черт возьми? Похоже, вы нас совсем бросили. Мы здесь словно на необитаемом острове.