— Жаль, что ты не видел нас в деле, красавчик, — снова вступила Госпел. — Мы и правда очень хороши. Вот почему Бобби пригласил в Лос-Анджелес именно нас, а не эту дуру Мадлен. Ведь у нее сиськи как у коровы, представляешь? Когда она делает номер со стулом — а это ее коронный номер, она едва не цепляет ими за спинку!

— О Мадлен мы поговорим после, — перебил Экклз, хотя ему, разумеется, хотелось не только поговорить, но и посмотреть, и даже потрогать, но не далекую Мадлен, а эту пухляшечку Госпел. Да и Тоскани была очень ничего.

Интересно все-таки, как они смотрятся верхом друг на Друге?

— А сейчас расскажите поподробнее о том, что случилось в субботу вечером, после того как вы втроем прилетели в Лос-Анджелес, — жестко сказал он.

Все это Экклз уже знал от водителя лимузина, но ему хотелось послушать их версию.

Госпел глупо хихикнула — А ты не слишком возбудишься, если я действительно расскажу тебе все? — спросила она. Экклз пропустил ее слова мимо ушей.

— Вы приехали в отель прямо из аэропорта? — спросил он.

— Да, мы приехали прямо сюда, — подтвердила Тоскани. — Ну и что?

— А не припомните, в котором часу это было? Госпел пожала плечами — Не, не помню. Может быть, в семь или даже в восемь. Мы немного выпили, а потом Бобби приспичило выйти.

Тоскани бросила на подругу предостерегающий взгляд — Об этом он тоже не велел никому говорить, — запинаясь, добавила Госпел. — Бобби сказал, что, если нас кто-нибудь спросит, мы должны отвечать, что он был с нами всю ночь.

— Разве ты не должен предъявить ордер или зачитать нам про права? — снова спросила Тоскани — Ну, что-то насчет того, что все, что мы скажем, может быть использовано против нас и так далее? В кино копы всегда так делают.

— Я должен зачитать вам ваши права, только если бы я собирался вас арестовать, — пояснил детектив. — А я пока не собираюсь.

— Ах, как ты меня обрадовал — ухмыльнулась Тоскани.

Тут Ли подумал, что обе девицы ведут себя так, словно им ничего не известно об убийстве. В особенности Госпел, которая совершенно не контролировала себя и не могла удержать язык за зубами, несмотря на предостерегающие взгляды подруги. Тоскани, правда, отнеслась к Ли с некоторой настороженностью, однако это было в порядке вещей. Женщины ее профессий редко доверяли полицейским.

— Вы слышали об убийстве? — напрямик спросил Экклз — О каком? — спросила Госпел, и ее глаза раскрылись еще шире.

— Об убийстве Салли Тернер.

— О, это ужасно! — пискнула Госпел. — Мы смотрели по телевизору программу новостей, и они сказали…

— А вам известно, что Салли Тернер — жена Бобби Скорча? — перебил ее детектив.

Девушки ошарашенно переглянулись.

— Впервые слышу, — сказала Тоскани.

— Мы не знали, — поддакнула Госпел.

— Мы вообще не знали, что он женат, — добавила Тоскани.

Ли поморщился. Эти стриптизерши были глупы, как пара пингвинов, но он, впрочем, и не рассчитывал, что встретит здесь двух Эйнштейнов.

— Вот что, дамы, — сказал он сурово. — Это дело серьезное, так что подумайте хорошенько и постарайтесь ответить на мои вопросы совершенно честно. Иначе вас, девочки, ждут очень крупные неприятности. Понятно?..

— Понятно, — хором ответили обе девицы.

На стоянке возле кладбища Пирс-Бразерз в Уэствуде выстроилось в ряд около полутора десятков сверкающих лимузинов и множество частных машин. Стоянка была уже полным-полна, но люди все продолжали прибывать. Так бывало всегда, когда на кладбище хоронили кого-нибудь из звезд. Для Голливуда похороны знаменитостей были весьма значительным событием. Многие старались попасть на них просто для того, чтобы и людей посмотреть, и себя показать, а некоторым даже удавалось попасть в поле зрения телекамеры или удостоиться упоминания в светской хронике. Ради этого можно было стерпеть и толчею, и тычки, которыми выведенные из себя охранники частенько награждали праздных зевак.

Предъявив охране свой полицейский значок, детектив Такки беспрепятственно прошел за оцепление.

Такки вошел вместе с другими приглашенными в переполненную кладбищенскую церковь.

Свободных мест в церкви почти не было, но Такки повезло. В одном из последних рядов он заметил журналистку, которая передала ему пленку с записью последнего интервью Салли. Рядом с ней еще оставалось свободное пространство, и Такки, порадовавшись про себя тому, что благодаря диете Фэй он может втиснуться между журналисткой и поддерживавшей свод колонной, протиснулся туда.

— Добрый день, детектив Такки, — сказала Мэдисон, окинув его быстрым взглядом.

Такки кивнул в ответ. Имя этой женщины вылетело у него из головы, что неожиданно рассердило его — детектив всегда гордился своей памятью на имена. Впрочем, он сразу припомнил, что в последнее время подобные казусы случаются с ним все чаще и чаще. Недели две тому назад он даже пожаловался жене на то, что у него стала слабеть память. В ответ Фэй несильно ткнула его кулаком в живот и шутливо сказала:

— Все понятно, Чак. Это старческий склероз. Впрочем, ничего удивительного, ведь тебе уже пятьдесят.