Подле воды на траве жена спокойно сидела;

С ним в беззаботном веселье играла она; вдруг

малютка

70 Сильно к воде протянулась, как будто чудесное

что-то

В светлых приметя струях; и видит жена, что наш

милый

Ангел смеется, ручонками что-то хватая; но в этот

Миг как будто какой невидимой силой швырнуло

В волны дитя, и в их глубине бедняжка пропала.

Долго я тела искал, но напрасно, нигде и

приметы

Не было. Вот мы, на старости две сироты, в

безотрадном

Горе сидели в тот вечер вдвоем у огня и молчали:

Если б и можно было от слез говорить, то не стало б

Духу; и так мы оба молчали, глаза устремивши

80 В тусклый огонь; как вдруг в дверях послышался

легкий

Шорох; они растворились - и что же видим мы?

Чудной

Прелести девочка, лет шести, в богатом уборе,

Нам улыбаясь как ангел, стоит на пороге. Сначала

Мы в изумленьи не звали, живой ли то был

человечек

Все, что там видел прошедшим днем; хотя и

казалось

В эту минуту ему, что стоял там, ровен с деревами,

Белый, слишком знакомый ему великан и, оскалив

Зубы, кивал ему головою, - но самый сей ужас

Только что с большею силою влек его в лес: там

Ундина

В страхе, одна, без защиты была. И вот уж

ступил он

Смелой ногою в кипучую воду, как вдруг недалеко

Сладостный голос сказал: "Не ходи, не ходи,

берегися

Злого потока; старик сердит и обманчив". Знакомы

30 Рыцарю были прелестные звуки; они замолчали;

Он же стоял в воде, озирался и слушал; но месяц

Темной задернуло тучей, и волны быстро неслися,

Ноги его подмывая, и он, через силу держася,

Был как в чаду, и кружилась его голова; и глазами

Долго искав в темноте, наконец он воскликнул:

"Ундина!

Ты ли? Где ты? Если не хочешь явиться, я брошусь

Сам в поток за тобой; откликнись; мне лучше

погибнуть,

Нежели быть без тебя". И глубже в воду пошел он.

Тот же голос и так же близко сказал: "Оглянися!"

40 В эту минуту вышел месяц из тучи, и рыцарь

В блеске его увидел Ундину. Был маленький остров

Подле берега быстрым разливом ручья образован;

Там, под навесом деревьев густых, в траве

угнездившись,

Призраком светлым сидела Ундина. Было нетрудно

В этом месте поток перейти, и Гульбранд очутился

Вмиг близ Ундины на мягкой траве; она ж,

приподнявшись,

Руки вкруг шеи его обвила и его поневоле

Рядом с собой посадила. "Теперь ты расскажешь

мне, милый,

Повесть свою, - шепнула она, - мы одни; старики

нас

60 Здесь не услышат и скучным своим ворчаньем не

могут

Нам помешать; а эта густая древесная кровля

Стоит их хижины дымной".
– "Здесь рай,

Ундина!" - воскликнул

Рыцарь, прижавши ко груди ее с поцелуем

горячим.

В эту минуту рыбак, проискавши напрасно Ундину,

К месту тому подошел и увидел их с берега.

"Рыцарь!

Он закричал, - непохвальное дело ты делаешь; нами

Был ты доверчиво принят; а ты теперь, обнимаясь

С нашей дочкой, шепчешься с нею тайком и оставил

В страхе меня, старика, одного по-пустому за нею

60 Бегать в потемках".
– "Я сам, - ответствовал

рыцарь, - лишь только

В эту минуту встретился с нею".
– "Тем лучше;

– скорее ж

Оба ко мне перейдите сюда на твердую землю".

Но Ундина о том не хотела и слышать; и лучше

В страшный лес она соглашалася с милым,

прекрасным

Гостем пойти, чем в несносную хижину, где не

хотели

Делать того, о чем просила она, и откуда

Рано или поздно прекрасный гость удалится.

Прижавшись

Крепко к нему, она гармонически, тихо запела,

"В душной долине волна печально трепещет и

бьется;

70 Влившися в море, она из моря назад не польется".

Горько заплакал рыбак, услышав ту песню; ее же

Слезы ею как будто не трогали: к рыцарю с