– Вперед, - говорю я шоферу.

Мы въезжаем в лесной массив. Дорога очень плохо видна из-за опавшей листвы и приходится ползти почти на ощупь. Проходит два часа.

– Мы уже проехали границу?
– спрашивает кавказец.

– Нет.

– А скоро она будет?

– Этого никто здесь не знает. Пограничные столбы не установлены.

Колонна втягивается в Лисью Балку. Здесь дорога получше и идут сплошные хвойные леса. Зато петляем и крутим по ней так, что у моих соседей сзади, полностью потерян ориентир.

– Скоро до границы?
– нетерпелив кавказец.

– Я же сказал, не знаю.

Едем еще три часа. Начал пробиваться рассвет. Дорогу стало видно лучше и вскоре мы выезжаем на Мазурекскую колею, пробитую беженцами.

– Все, проехали границу.

Сзади спадает напряжение.

– До чего же долго. До Москвы быстрей доехать.

– Попробуй, в темноте различи лесную дорогу, всю засыпанную листвой.

Скоро завал, неужели мужики не заметили сигнал, неужели капитан пограничников не получил шифровки. Может у меня рация не включилась... Словно в подтверждении моих мыслей здоровенная лесина в метрах тридцати, покачнулась и начала медленно падать на дорогу.

– Тормози, - кричу я шоферу и, открыв дверь, вываливаюсь под кроны елей.

Пробегаю десяток метров и слышу сзади.

– Стой. Стой, говорят.

Теперь пора падать. Я это делаю вовремя. Грохот автомата несется со стороны дороги. И тут кругом началось...

Валятся еще несколько огромных елей. Одна падает на первый, идущей в колонне, бронетранспортер и застывает на нем. Стреляют со всех сторон. Второй бронетранспортер начинает палить из пушечки и грохот разрывов потрясает лес. Ко мне от колонны кто то бежит. Я вскидываю ружье и стреляю в появившуюся фигуру. К ногам валиться кавказец, сопровождавший меня. Отбегаю в сторону и прижимаюсь к поваленной ели. За бронетранспортером, поставив на капот ножки пулемета стреляет чеченец. Я его хорошо сбоку вижу, ловлю на мушку и стреляю. Пулемет затихает, задрав ствол к верху. Раздаются гортанные крики. В мою сторону метнулось несколько фигур. Я спешно перезаряжаю ружье и начинаю, отстреливаясь, отбегать от головы колонны. Пули противно воют и свистят среди деревьев.

– Тимоха, стой.

– Салтан, как ты здесь оказался?

– Потом. Я своих привел.

Тут я заметил милицейские мундиры, рассыпанные по лесу.

– Вперед, - орет Салтан.
– Загибайте цепь, не дайте им уйти.

В средине колонны грохнул взрыв, да такой, что пламя взметнулось над верхушками деревьев. На мгновенье стрельба прекратилась, но потом разразилась с еще большей силой. Над нами застрекотал вертолет, появился еще один... Они начали расстреливать колонну и особенно бронетранспортеры.

Чеченцы похоже, решили умереть. Мы их отогнали к машинам и они упорно дерутся. Сзади колонны уже грохотали разрывы гранат, похоже подошли военные. Я опять у газика. Шофер лежит недалеко, неестественно вывернув руку. Салтан и двое милиционеров крадутся рядом и вдруг оживает накрытый елью первый бронетранспортер. Взвыл его двигатель и машина начала шевелится, раскачиваться и дерево медленно сползает вперед. Раскрылась от ветвей башенка с пушкой и пулеметом.

– Ложись.

Я сбиваю Салтана и мы валимся под колеса газика. Тявкнула пушка, ожил пулемет.

– Ползком, вперед, - командую я.

В это время землю встряхивает, разрывы окружают бронированную машину. Из ее верхних жалюзей повалил дым. Это вертолет помог нам. Сразу затих пулемет и пушка, люк откинулся и на землю скатился тот самый русский, который пришел за мной ночью.

– Вставай, - я наставил на него ствол ружья.

– Гад, паршивый, - выдавливает он, поднимая руки, - теперь берегись.

– Ребята, - командует Салтан милиционерам, - скрутите ему руки.

В это время из люка вылетает еще один кавказец с коротким автоматом. Я машинально вскидываю ружье и стреляю. И тут пленный взмахнул рукой и что то больно ударило меня в правую сторону груди.

– Ах ты, гнус, - слышится голос Салтана.

Очередь из автомата буквально изрешетила пленника.

– Тимоха, что с тобой, что он сделал?

Я лежу на земле, голова очень тяжела и ее трудно поднять.

– Нож кинул...

– Спокойно, Тимоха, спокойно. Мы тебя доставим в Мазуреки, там медпункт. Только живи...

По всей длине колонне идет бой. Один из милиционеров ножом распарывает мне одежду и неумело пытается наложить повязку.

– Только нож не вынимайте, - раздается голос Салтана.

К нам подошли пограничники и стали окружать колонну. С ними появился капитан.

– Спасибо, Салтан.

Он трясет руку казаха.

– Тимоха, тяжело ранен. Его нужно быстрей доставить в Мазуреки.

– Тимофей Иванович, - капитан наклоняется ко мне, - мы тебя сейчас вынесем.

– Там за завалами наши машины, только бы донести до них, - говорит Салтан.
– У вас есть рация? Попросите в Мазуреки переслать на вертолете хирурга, наш наверно не потянет.

– Сейчас, все сделаем.