Шрифт:
Даже она его исцарапала.
Он побежал.
А Маруся камнем кинула, в спину попала, он спину выгнул - а лица у него нет. Одни глаза.
Маруся - гордая.
А на самом деле Ваня в другом месте был, точно. Он за Наташей ходил, которая Марусе рябины дала.
Кажется, вечером было.
– Наташа, - говорит, - Тетя Оля зовет.
– Не хочу я, - Наташа говорит, - Пусть Маруся идет.
– Маруся не жалеет мать. Зайди. Тетя Оля попугает, в потом ей в ухо подуй. Грехи уйдут - и все. Пожалей тетю Олю.
– Много грехов?
– Наташа спрашивает.
– Много, - Ваня смеется.
– Пойдешь?
– а Ваня нежный был вообще-то.
Наташа говорит:
– Не хочу.
Потом пошла.
Ваня ждал.
Еще два мужика сидели, ждали. Долго.
Бабушка Надя говорит:
– Роза опять убежала.
– А что ты не смотришь как следует?
– К кабанам, точно.
Роза - это так свинью звали. Тогда все время свиньи к кабанам в лес убегали.
Наташа выходит из Олиного дома, не смотрит никуда. Глаза - другие. Домой пошла.
Из Олиного дома черные кошки ка-ак выскочат!!
И в Наташин дом побежали.
– Ну все, грехи ушли, теперь умрет, - мужики засобирались, крест не стали делать.
Марусе говорят:
– Иди за попом, чистый дом, все.
Маруся говорит:
– Дядя Ваня, ты зачем меня в лесу пугал?
– а сама заигрывает.
Он говорит:
– Ты что? Я здесь был.
– Он правда был, - все говорят.
– А кто тебя пугал?
Маруся говорит:
– Показалось.
Ваня ей сказал:
– Маме скажи: я утром приду. Ей отдохнуть надо.
А сам к Наташе пошел, когда уже темно стало.
Маруся к маме не зашла: дом-то без крыши, князек-то сняли. И так слышно, что тихо.
Маруся к церкви пошла через лес, где ей показалось, что ее Ваня пугал. Как крикнет:
– Ты кто?!
Он не отвечает.
Она тогда сказала, как ей говорили:
– Сука, говно!!
Еще можно по-матерному ругаться, если это оборотень или кто там. Банник, например.
Маруся в церковь пришла, попу говорит:
– У меня мама умирает, а я не захотела ведьмой стать.
Поп ее благословил, говорит:
– Постой тут.
Ушел за образом, потом выходит, а Маруся стоит посреди церкви и не двигается. Глаза - открытые.
Поп говорит:
– Маруся, ты что?
А она смотрит, как будто первый раз увидела.
Он ее по голове погладил, говорит:
– Маруся. Это тебя Господь благословил. Идем к маме?
А церковь в тот день нарочно другая была. Образа тогда поснимали, белили. Богородица стоит прямо на полу. Так и не видел никто, чтобы образа - на полу.
Поп говорит:
– Пойдем?
Маруся говорит:
– Я потом приду.
И осталась.
А Маруся, конечно, маленькая была. И болела всю зиму нехорошо. Ничего по-настоящему не умела. Стала заговаривать. А когда заговариваешь, надо имя знать. А откуда имя? Она же не знает, кто ей показался.
Например, надо сказать:
– Пойду я на теплые воды на гнилые колоды там мне снится там мне приснится во Ольху-молодняку со полного месяца выглянет выйдет щука-белуха из синего моря с золотой кожурой с золотой кожурой с двенадцатью зубами с тринадцатым языком с двенадцатью зубами с тринадцатым языком. Затяни-залижи мое горе-беду ах ты моя ненависть моя худоба лети по белу свету лети по белу свету по полям по болотам по текучим рекам вихрем-чадом раскатись разлетись на все четыре стороны! Тьфу! Тьфу! Тьфу! Тьфу! (Это плевать надо на все четыре стороны). От меня и от мужа моего названного (тут надо имя сказать, например, "Володимера") навсегда. Аминь!
Так это надо ночью читать, на полную луну, на перекрестке. А если желание загадываешь - тогда на первой заре.
А Маруся в церкви хотела читать!
А потом совсем забыла, что надо, и говорит:
– Пожалуйста!
Никто не пришел.
Она плакала так!
Как взрослая.
На корточки села и Богородицу дразнит.
Домой пошла, прямо по кустам, изранилась - и не больно.
Домой пришла, говорит:
– Мама, меня черт замучил!
А Оля, когда причастилась, стала как старушка. Такая старушка одна раньше была, ее все любили. Говорит:
– А я причастилась.
– А что делать?
– Маруся говорит.
– Посиди со мной, - Оля попросила.
– А черта - нету. Его люди придумали. Ваня у Наташи, наверное? Ну и ладно.
Маруся села, черная вся, от несна.
Мама говорит:
– Все время думала: надо Марусю поучить. А Маруся заболела. А может и не надо учить? Не знаешь - умрешь, знаешь - еще хуже умрешь. А плохое зачем знать? Даже интересно: вдруг не будет плохого? Наташка, дура, думает, я чужим отдам!
– и хихикает.
– Да ладно, пусть порадуется. Ей всего-то год остался. Пол бы подмести. Чо-то я устала совсем, - на Марусю смотрит, улыбается.
– Умру - поспишь. Если захочешь. Потом поймешь. Ты умница. Девочка моя Маруся. Кто еще у мамы есть? Одна моя дочка. Смотри: раз - и какая дочка получилась! Моя девочка. Маруся, никому не верь. Никто не пара. Всех люби. Прикинь, конечно, сначала. "На глазок". И люби. И научишься. Сначала надо хоть что-нибудь полюбить. А черт от несна кажется. Я, когда девушкой была, тоже не спала. Тетя Таня долго не спала. Потом все забывается. Господи, спаси и сохрани мою девочку! Не оставь Марусю! Маруся выросла как. Красивая.