Все стихло, только генератор продолжал гудеть и надрывно плакал за фанерной перегородкой Олли. Через открытую дверь я видел, как он раскачивается на стуле, закрыв руками лицо. Затем я осознал, что слышу еще какой-то звук. Мягкое скользящее шуршание, которое я слышал раньше, только теперь оно стало в десять раз сильнее: щупальца за загрузочной дверью, пытающиеся проникнуть в помещение.

Майрон сделал несколько шагов в мою сторону.

— Послушай… — начал он. — Ты должен понять…

Я ударил его кулаком в лицо, и от неожиданности он даже не пытался защититься. Удар пришелся под нос. Верхнюю губу расплющило, из разбитой губы потекла кровь.

— Ты убил его! — задыхаясь, крикнул я. — Ты хорошо видел, что произошло? Ты видел, что ты наделал?

Я принялся бить его, нанося удары и левой и правой, но не так, как учили меня в секции бокса в колледже, а просто наотмашь. Он отступал, отбивая часть ударов в каком-то оцепенении, вызванном, может быть, чувством вины. От этого я злился еще больше. Я расквашивал ему нос, посадил синяк под глазом.

— Послушай… — продолжал твердить он. — Послушай, ну послушай же…

Не знаю, как долго я лупил его, но тут кто-то схватил меня за руку. Я вырвался и обернулся.

Это оказался Олли. С круглым смертельно бледным лицом, темными кругами под глазами, еще влажными от слез.

— Ты и твой приятель — глупое дерьмо! — прорычал я.

— Не надо, Дэвид, — попросил он. — Не бей его больше. Это ничего не изменит.

Джим с ошарашенным видом стоял неподалеку. Я со злостью пнул ногой какую-то коробку, она ударилась о его ботинок и отскочила.

— Хватит, Дэвид, — сказал Олли устало. — Успокойся.

— Вы, два дурака, убили этого парня.

Джим смотрел себе под ноги. Майрон сидел на полу, держась за свой «пивной» живот. Я тяжело дышал, кровь стучала в висках, меня била дрожь. Я сел на картонные коробки, сидел какое-то время не двигаясь, чувствуя, что или потеряю сознание, или меня стошнит, или случится еще что-нибудь.

— Ладно, — тупо произнес я. — Все.

— Хорошо, — сказал Олли. — Надо придумать, что делать дальше.

— Выключи генератор для начала.

— Да, давайте сматываться отсюда, — добавил Майрон, глядя на меня виновато. — Мне жаль, что так получилось с этим парнем. Но ты должен понять…

— Ничего не хочу понимать. Вы с приятелем идите обратно в магазин, но ждите нас прямо тут, у пивного охладителя. И никому ничего не говорите… Пока.

Они пошли, не споря, и, прижавшись друг к другу, протиснулись в дверь. Олли заглушил генератор, но за секунду до того, как свет погас, я увидел брошенную на ящик с пустыми бутылками стеганую тряпку, вроде тех, что грузчики обычно подкладывают под хрупкие предметы, прихватил ее с собой.

Шаркая ногами, и на что-то натыкаясь, Олли выбрался из генераторного отсека. Как большинство людей с лишним весом, он дышал тяжело и чуть с присвистом.

— Дэвид? — Его голос немного дрожал. — Ты еще здесь?

— Здесь, Олли. Осторожно, тут кругом эти коробки с отбеливателем.

— Угу.

Я наводил его голосом, через полминуты или около того он протянул в темноте руку и схватил меня за плечо. Судорожно, с облегчением вздохнул.

— Черт. Давай выбираться отсюда. Здесь темно и… Паршиво.

— Да уж, — сказал я. — Но подожди минуту. Я хотел поговорить с тобой, только без этих двух идиотов.

— Дэйв, они ведь не заставляли его. Ты должен это помнить.

— Норм — мальчишка, а эти двое — взрослые люди. Ну ладно, хватит об этом. Нам придется рассказать им это, Олли. Людям в магазине.

— А если будет паника…

— Может, будет, может, нет. Но по крайней мере, они дважды подумают, прежде чем выходить на улицу, чего как раз и хотят большинство из них. Почти у всех дома кто-то остался. У меня тоже. Надо заставить их понять, чем они рискуют, выходя наружу.

Когда мы дошли уже до самой двери, Олли сказал растерянно:

— То, что мы видели… Это невозможно, Дэвид. Ты ведь согласен? Даже если бы, скажем, грузовик с бостонского океанариума вывалил позади магазина какое-нибудь чудовище типа тех, что описаны в «Двадцать тысяч лье под водой», оно бы умерло. Просто умерло.

— Да, — сказал я. — Согласен.

— Так что же случилось, а? Что произошло? И что это за чертов туман?

— Не знаю, Олли, — ответил я.

Джим и его приятель Майрон стояли сразу за дверями, каждый из них держал в руках по банке «Будвайзера». Я посмотрел на Билли, увидел, что он еще спит, и укрыл его стеганной подстилкой. Он зашевелился во сне, но потом снова затих. Я взглянул на часы: было всего 12:15. Невероятно. Мне казалось, что с тех пор, как я пошел на склад искать что-нибудь, чтобы укрыть Билли, прошло по крайней мере часов пять. Но на самом деле все заняло не больше тридцати пяти минут.