Царев, расставив нога, стоит посреди двора,

подняв голову к зеркальным окнам четырехэтажного

дома. В окнах мелькают лица жильцов. Царев кладет в

рот пальцы и свистит.

Эй, мирные граждане! Господа! Кидайте во двор оружие!

В окнах неподвижные лица.

Больше жизни! Шевелитесь!

С о л д а т-к р а с н о г в а р д е е ц. Да что ты с ними цацкаешься? (Подымает винтовку.)

Ц а р е в. Тихо? (Глядя на окна.) Дается десять минут срока. Потом сделаем повальный обыск. У кого будет обнаружено что-нибудь, тогда не взыщите! Ну? Веселее!

Окна дома. В них небольшое движение.

Не стесняйтесь, не стесняйтесь! Ищите хорошенько. Прямо в форточку!

В третьем этаже открывается форточка, в нее

просовывается винтовка и неуклюже падает на асфальт.

Со звоном подпрыгивает. Сыплются патроны.

(Грозит пальцем.) Полегче, полегче. Не ломайте казенное оружие. Кидайте на клумбы. (Орловскому-отцу.) Что ж это ваши лояльные так неаккуратно обращаются с оружием? Это нехорошо.

О р л о в с к и й-о т е ц. Уверяю вас честным словом...

Ц а р е в. Ладно, слышали.

Окна дома. Открывается несколько форточек,

откуда вылетают и падают на клумбу револьвер, шашка,

охотничье ружье, кинжал. Матросы и красногвардейцы

ходят по клумбам, поднимают оружие и складывают

посредине двора на разостланную палатку. Пауза.

Ну! Больше жизни!

Квартира Орловских. Столовая. Мать. Горничная.

Орловский-сын читает, но, видно, прислушивается к

тому, что делается во дворе.

О р л о в с к и й-с ы н (не отрываясь от книги). Поля, возьмите в передней мою шашку и выбросьте в форточку.

Горничная убегает, прибегает с шашкой, подходит

к окну и некоторое время в нерешительности стоит.

Потом крестится, становится на подоконник коленями и

осторожно выбрасывает в форточку шашку. Орловский

напряженно улыбается.

Окна дома. Во втором этаже на подоконнике

появляется пожилая дама. Она открывает форточку и на

веревочке очень бережно и аккуратно опускает

револьвер, коробочку патронов и мичманский кортик.

Все это перевязано бантиком.

Ц а р е в. Правильно, мадам. Большое вам спасибо. (Орловскому-отцу.) Видите, какая милая старушка?

Царев отвязывает оружие и бросает его на

разостланную палатку. Царев машет пожилой даме

фуражкой. Пожилая дама кивает головой с миндальной

улыбкой. Из форточек вылетает оружие. Красногвардейцы

подбирают.

(У его ног на палатке порядочная кучка оружия. Орловскому-отцу, который обливается холодным потом.) Ну? Видите, сколько ваши мирные-лояльные накидали. У, сволочь!

О р л о в с к и й-о т е ц. Товарищ комиссар...

Ц а р е в. Молчать! Какой я тебе товарищ?

С о л д а т-к р а с н о г в а р д е е ц. Да что ты с ним цацкаешься?

Ц а р е в. Тихо. (Домовому комитету.) Так вот что, господа мирные-лояльные. Чтоб завтра ровно к двенадцати часам дня вы мне освободили в вашем доме тридцать комнат. Понятно? Будем переселять рабочих с окраины в центр.

О р л о в с к и й-о т е ц. Товарищ комиссар... то есть господин комиссар... Простите, гражданин комиссар...

Ц а р е в. Ну?

О р л о в с к и й-о т е ц. Я вас не совсем понимаю. Вы говорите тридцать комнат... Как же это возможно тридцать комнат, когда...

Ц а р е в. Тридцать хороших комнат. С мебелью. Понятно? Отвечаешь головой. Я на тебя не посмотрю, что ты с портфелем и в очках. Понятно? (Отряду.) Забирайте игрушки.

Матросы несут на палатке оружие. Увозят пулемет.

Царев идет со двора. Его мощная спина чуть

покачивается. Домовый комитет в оцепенении.

Орловский-отец снимает каскетку и вытирает лысину

платком. Вертит перед глазами каскетку.

Знакомый нам двор, где живет Тарасов. Во дворе

необычайное оживление. На порогах любопытные жильцы.

Из окон смотрят старухи, старики. Множество детей в

лохмотьях. Через двор идет комиссия Совета рабочих

депутатов по переселению рабочих с окраин в центр:

несколько работниц, солдат, пожилая

интеллигентка-партийка с папкой под мышкой. Оля

Данилова с блокнотом и карандашом в руках, два

вооруженных комсомольца. Обитатели трущобы идут,