– Какая, на хрен, разница!
– горячился Подпальный.
– Говорят, заглох. Им один хрен, что останавливать. Это же другая цивилизация, они и велосипед заклинить могут...

– Эвона как, - выдавил Фомич.
– Как врыдытели какие...

Еще Подпальный рассказал, как у них в деревне на Украине смерч поднял старуху в воздух и шмякнул об землю в семи километрах.

– И шо старуха?
– не выдержал Фомич.

– Пиз... старухе!
– торжествующе объявил Володя.
– Что же еще может быть... Тебя вот, Фомич, поднимет на пару километров вверх, да е... о степь! Что от тебя останется? Подумай сам.

Фомич вновь засопел.

– Да, Фомич, ты когда идешь в свое садоводство, поглядывай по сторонам, - захихикал Лебедкин.
– И прогнозом погоды интересуйся. А то улетишь куда-нибудь к едреней фене, старуха искать будет...

Меня подмывало рассказать компании, как я видел НЛО в Мурманске в зиму 1968 года и что при этом чувствовал, но сдержался - разговор пошел шутейный.

Возвращался я к себе на площадку в темноте, через занесенную метелью стройку, а потом - пустынной дорогой. Было слегка жутковато, хотя я и понимал, что все это - от разговоров. Еще и Дамка где-то потерялась. Прибежала, когда я уже вошел в вагончик и разделся.

Только сейчас обнаружил, что одного из героев в рассказе "Этажи" я назвал Данилой Фомичем - как нашего Фомича. И говорит он так же, и похож чем-то. Непроизвольно получилось, сам он у меня выписался таким.

4 февраля 1985. 7 час. утра.

Спал плохо - в вагончике холодно. Печки грели вполнакала.

Полнолуние. Поземка, северо-западный ветер. Не дождавшись кипятка, пью едва теплый чай и выхожу на улицу - осматривать машины.

19 февраля 1985г. Деж. в ОТХ.

Солнце светит. И даже немного греет.

Купили с Ольгой десяток луковиц красных гладиолусов сорта "Оскар", семена цветной капусты, огурцов, астры, флоксов. Флоксы, бегонию и настурцию я посадил в горшочки.

Нашел книгу "Цветы" моей матери. В ней нашелся листок с ее записями побледневшие чернильные строчки. Знакомый по детским годам почерк. Помню записки матери в школу: "Глубокоуважаемая Ольга Константиновна! Дима вчера неважно себя чувствовал - у него болел живот, и я взяла на себя смелость не пускать его в школу на занятия. Надеюсь, Вы не осудите меня за такую предосторожность. Его готовность к урокам я проверила..."

Вчера дома выпил трехлитровую банку пива, под селедку. Давно не пил, месяца полтора.

"Шут" идет медленно. Многое не нравится, переделываю по несколько раз.

Скука откуда-то приползла, сунула свое серое рыло в мой вагончик. Холодно. Временами испытываю отвращение к бумаге и словам.

Когда прихожу в Дом писателя, меня бьет током от гардеробщицы - через алюминиевый номерок. Причем, бьет только от одной - худой и старенькой; от второй, пожилой и дородной - не бьет.

Когда ухожу и подаю номерок - все в порядке: статическое электричество уже разрядилось.

Может, это и не статическое электричество, а творческая энергия, творческий запал, которые угасают после пустых окололитературных разговоров и слушания плохих рукописей на семинаре.

23 февраля 1985. Дежурю в ОТХ.

Сегодня шел с электрички на работу и увидел куст, осыпанный красными фонариками - снегирями. Снегири покачивались на ветках и клевали какие-то зернышки.

Я остановился и долго смотрел на них. Давно не видел снегирей. Дамка, убежавшая вперед, нетерпеливо поджидала меня.

По утрам морозы, но солнце с каждым днем все выше пристраивается на небосклоне.

Вчера разглядывал рыже-золотой серп молодого месяца. Тонкий-тонкий, как выкованный искуснейшим ювелиром.

Стругацкий предложил сделать интервью не только с ним, но и с членами его семинара. Я сказал, что надо согласовать такие изменения с "Авророй". Действительно надо согласовать.

Вчера выпили с Ольгой яблочной настойки - в честь дня Красной Армии.

Читаю Феликса Джонсона - "...Да поможет мне бог", 1958г, пер. с англ. О временах маккартизма в США.

Забавный роман. Читается на одном дыхании. Написан ясно и напористо. Все на месте. Отличная композиция. И немного киношно: перед мысленным взором бежит картинка за картинкой. Славные диалоги. Высокопрофессиональная вещь. Есть чему поучиться.

8 марта 1985 г. Утро холодное. Солнце сквозь морозную дымку. Вода в кране замерзла, и я умылся снегом. Выпил крепкого чаю. Заканчиваю дежурство и еду в Ленинград.

28 апреля 1985 г. Дежурство в ОТХ. Воскресенье.

Дописал рассказ про Кошкина. Назвал "Маленькая битва в первом веке нашей эры". 32 стр. Писал почти месяц. По это причине не писал в дневник.