– Вот чё, братан!..

– Ты можешь не орать?
– умоляюще взглянул на Чалого Громов.

– Да у меня голос такой,- заметно обиделся Чалый, но громкость убавил.
– В общем, - много тише, но всё с тем же прослеживающимся беспокойством продолжал он, - Битюг оборзел конкретно. Директриса маркета этого гашенного на крышу битюговской братвы подписалась, а меня с моими братками попросту на хер отослала. Вот такие дела, бригадир, - с глубокой тоской закончил он.

– Да я уже понял.
– Громов закурил сигарету и как-то отрешённо уставился в одну точку на лобовом стекле.

– Бригадир, решать надо чё-то, - оборвал затянувшуюся паузу Чалый.

– Есть соображения?
– не отрывая глаз от точки, осведомился Стас.

– Ну, стрелку забить. По понятиям разобраться, - полностью уверенный в своей правоте предложил помощник.

Нет! Бригадного такой расклад не устраивал! Неожиданно забурлил в нём адреналин, и переполненная гормоном кровь ударила в голову.

– Не-ет, братишка!
– Хищно суженные глаза бандита, словно лазерным лучом прожгли Чалого насквозь.
– Битюг борзанул, и мы борзотой ответим! Собирай своих бойцов и погуляй на его территории!

– Слышь, Стас, это по беспределу, получается, - попробовал отбрыкаться помощник. Не очень-то горел он желанием покуражиться на чужих владениях. Одно дело на стрелке от своего бригадного по правую его руку стоять, и совсем другое - самому рамес беспредельно развести.

– Чалый, ты случаем не оглох?
– Помощнику показалось вдруг, что беседует он сейчас не с бригадиром своим, а с самим дьяволом с Преисподни. Уж больно глаза его, краснотой затянутые, схожести с нечистью придавали.

– Не-е, - только и смог проблеять перетрухавший помощник.

– Тогда почему ты ещё здесь? Вали! О готовности сбросишь мне на трубу.

Помощника словно сквозняком выдуло. А Стас почувствовал неимоверное облегчение. Да, именно так расплачиваются за наглость - наглючим беспределом. И никак иначе! Но душевное состояние несколько омрачало чисто физическое - голод. Не прислушаться к органу, взывающему к помощи, было бы просто кощунственно. Прислушался и газанул прямиком к ресторану "Золотое Руно", в котором имел обыкновение быть частым гостем.

– Рад приветствовать!
– Хозяин заведения, пожилой еврей с вываливающимся из-под жилетки пивным брюхом, двойным подбородком и насаленной прической вроде бы по-дружески, но в то же самое время с опаской похлопал бандита по плечу. Что кушать будем?

– Давай на своё усмотрение.
– Стас брезгливо убрал его руку со своего плеча.
– И пошустрее. Жрать хочется, едва копыта не отбрыкиваю.

Абрам Антонович не заставил себя долго ждать. На спецсервированном столике для очень уважаемых гостей в мгновение ока появился наваристый борщ, цыплёнок табака и много чего вкусного. Яства вкупе с парой кружек отличного немецкого пива внесли умиротворение в бунтующий желудок бригадира. Расплатившись, Громов вышел из ресторана, поёжился от пронизывающего ветра и промозглой измороси и, втянув голову в воротник куртки, попрыгал через пузырящиеся лужи к припаркованной на стоянке "бэхе". Волна гнева едва не захлестнула его с самой головой, едва он по привычке вставил ключ в замочную скважину водительской дверцы. Мог бы этого и не делать, ибо машина была открыта. Точнее бомбанута неизвестными тати и, причём самым нехитрым способом с помощью стеклореза отверстие напротив "пимпочки" замка, двумя пальчиками потянули её вверх и... Милости просим!

Стас бухнулся за руль и осмотрелся. Конечно же, от магнитолы "Пионер" осталось только пустое гнездо с пучком разноцветных проводов, вделанный в панель подкассетник зиял пустыми ячейками, новомодный антирадар вырвали вместе с зеркалом заднего вида, очень навороченным, между прочим, с часами, термометром и прочими наворотами. Но Грома это беспокоило меньше всего. Больше... Он подсунул руки под водительское сидение, под которым всегда покоился его " Тотошка". Интуиция не ошиблась и в этот раз. Тайник пустовал. Для верности оползал на карачках весь салон "бэхи", заглянул в каждую щёлочку. Хер не хочешь? Ушла волына вместе с опциями. Вдруг гнев сменился полной апатией. Желание сиесекундно поставить на уши всех наркоманов города, а в том, что это их рук дела не было никакого сомнения, вылетело следом за выпульнутым в окно окурком. Ну, вернёт он магнитолу, кассеты, антирадар с зеркалом, но за ствол, ясен перец, никто не подпишется. "Сам виноват, жмот, блях, грёбанный!
– костерил себя бригадир.
– На сигнализацию бабок пожалел! Вот теперь сиди и жди, откуда твой ствол пальнёт!" Успокаивать себя мыслью о полной стерильности оружия было, по меньшей мере, наивно. Время нынче другое.... Думать о плохом не хотелось. Больше - ни о чём вообще! А для достижения этой цели существует самый верный древний способ... "Бэха" притормозила у первого попавшегося по пути коммерческого киоска. Затарившись водярой, Стас вернулся домой уже только с одним желанием. Но прежде чем заправиться по самые, что говорится пробки, всё-таки созвонился с Чалым.

– Как там дело продвигается?
– без ощутимого интереса осведомился он.

– Всё чики-пуки!
– бойко рапортовал помощник - видно тоже дерябнул для храбрости.
– Пацанов подобрал. Вечерком к козлюке загуляем!

– Удачи. И не беспокой меня до завтрашнего полудня.

После этого звонка Гром наглухо отключил мобилу и с наслаждением откупорил первую бутылку.

Глава 2.

В дверь позвонили. Кроль, паренёк лет двадцати с лицом серо-земельного цвета, провалившимися глубоко в глазницы глазами, взирающими на мир безжизненным взглядом и фигурой узника фашистского концлагеря, прижался к "глазку". Замок незамедлительно отщёлкнулся.

– Проходи, - отстранился хозяин квартиры, пропуская внутрь гостя.

Гость, наркоман по кличке Рыжий - наставник и подельник Кроля не разуваясь, протопал на кухню. Кроль, заперев дверь, подался следом.

– Отработался?
– пододвигая подельнику стул, осведомился хозяин притона.

Рыжий с ответом не торопился. Вальяжно раскинув свои чресла на стуле, неспеша достал сигарету, долго прикуривал. И лишь после нескольких смачных затяжек лениво ответил:

– Да-а! И ещё как!