— Посмотри, что со мной приключилось, когда я спешил на очередную свадьбу в вашей семье. — Он как раз вытащил правую ногу, гипс на которой доходил до середины бедра.

— Рад снова тебя видеть, Рауди, — сказал Колби. Мужчины обменялись кратким рукопожатием. Дэвид тоже поздоровался с Рауди, посмеиваясь над его склонностью устраивать эффектные выходы.

— Когда дело касается ваших дочерей, я вечно появляюсь не вовремя, — сказал Рауди, приветствуя главу семьи.

— Вовсе нет, — ответил тот, глядя на Нору. — Вы прилетели более чем вовремя. Правда, Нора?

Улыбаясь, она кивнула, вполне согласная. Совсем недавно она чувствовала себя одинокой и отчаявшейся; теперь театральное прибытие Рауди стало для нее неожиданным даром.

Все вернулись к свадебному столу, наконец-то оставив Нору и Рауди одних.

— Ты надолго? — спросила Нора. Было ясно без слов, что их свидание будет коротким.

— На несколько часов. Церемония открытия Северо-Западного отделения ЧИПС состоится во второй половине дня.

Нора проводила его к креслу и помогла сесть. Когда он бросил костыли на траву, она огляделась.

— Где же она? — спросила Нора, имея в виду белокурую медсестру.

Рауди не стал притворяться, что не понимает, о ком речь. Он нахмурился и шепотом пробормотал что-то неразборчивое.

— Что-что? Извини, я не расслышала, — сказала Нора нежно.

— Тебе и не нужно слышать. Если я скажу тебе, ты будешь злорадствовать.

— Нет, не буду, — пообещала она, подавляя улыбку.

— Ну хорошо, — сказал Рауди, — раз уж ты настаиваешь. Она у меня больше не работает.

— Почему же? Ты был так уверен, что тебе необходима медсестра.

— Я… да, она была нужна. К сожалению, та, которую я нанял, оказалась дочерью Аттилы, царя гуннов. Дело в том, что внешность блондинок обманчива. Вы все выглядите так, как будто вы чистые и светлые.

— Мы такие и есть.

Рауди не ответил и состроил такую гримасу, что Нора не удержалась от смеха.

— Мне все еще нужна медсестра, — сказал Рауди, — но я хочу только тебя. Раз ты проявляешь свое проклятое упорство, я буду делать то же самое.

Жестом из немого кинематографа Нора приложила руку ко лбу и затравленно вздохнула.

— Жизнь тяжела, Рауди.

Он коснулся указательным пальцем ее носа.

— Я знал, что ты будешь злорадствовать.

— Извини, — сказала она смеясь. — Я ничего не могу с собой поделать.

Рауди взял ее руку и крепко сжал в своей.

— Ты просто прелесть, Нора. Я скучал по тебе больше, чем…

— Ты скучал по возможности настоять на своем, — с иронией заметила она. Рауди усмехнулся.

— Скажи мне, ты встречалась с Ральфом в последнее время?

— С Рэем? Нет. Рауди заколебался.

— Я не имею права просить тебя не встречаться с другими.

— Не имеешь, — согласилась Нора.

— И все-таки… — Рауди нахмурился. — Я не собираюсь отрицать, что меня беспокоит этот парень.

— Почему? — Любой, кто взглянул бы на нее в эту минуту, понял бы, как сильно она любит Рауди. Рэй был только другом, не больше. Ей не хотелось заставлять Рауди ревновать.

— По-моему, я больший эгоист, чем думал, — признался он. — Я хочу, чтобы ты была только моей.

Нора решила переменить тему. Не было смысла обсуждать эту: она была слишком болезненной и ничего нельзя было изменить.

— Ты голоден? — поинтересовалась она, заметив, что гости дружно набросились на еду.

— Ужасно, — ответил он, но, как только она встала, чтобы пойти за тарелкой, схватил ее за руку. — Это не та пища, которая мне нужна. — Его темные глаза притягивали, Нора невольно двинулась к нему.

— Не здесь, — сказала она, останавливая себя.

— Где же? Нора, я чертовски хочу обнять тебя. Это желание не отпускает меня с той минуты, как я вышел из больницы.

— Рауди, мы на свадьбе моей сестры.

— Ты можешь позволить себе оставить ее ненадолго.